kmartynov

http://www.scribd.com/doc/23342382/

Очень поучительный документ.

История, разумеется, не знает сослагательного наклонения, однако методология мысленных экспериментов применительно к объяснению тех или иных исторических событий представляется мне весьма плодотворной. Сегодня в очередной раз обсуждал "загадку Сталина", которая в своей фолк-версии непременно сводится к тому, чтобы найти точную пропорцию между маниакальностью и рациональностью в мотивах его действий (как будто эти понятия вообще друг другу противоречат). Я уже как-то раз предлагал подобную игру: попробуйте представить, что вы проснулись в теле Иосифа Виссарионовича 1 января 1927 года. Сейчас нечто чуть менее кафкианское и, пожалуй, более абстрактное.

Вот, в общем, серия вопросов, иерархически связанных между собой:

1) Существует ли вероятность того, что Вторая мировая война была бы развязана Германией даже в том случае, если бы в СССР после 1927 года продолжалась бы политика НЭПа?

2) Если да, то как затянувшийся до 1939-41 годов НЭП, при условии сохранения внутренней стабильности в СССР, повлиял бы на ход и итоги Второй мировой войны; могла ли эта ситуация привести к поражению СССР в войне?

3) Если да, то существует ли вероятность того, что в 1945 году США применили бы ядерные бомбы в Европе?

4) Если да, то остановило бы это Гитлера?

И далее: на что была бы похожа дальнейшая мировая история?

Вам, фантастические беллетристы, посвящается.

Аствацатуров рассказывает о том, что двадцатый век – это первая в человеческой истории эпоха, когда не существует единого стиля и потому стиль можно стало менять как костюм, о том, что образ Улисса (Одиссея) по мнению Джойса, был единственным целостным персонажем в мировой литературе (Улисс был всем в какой- то степени: и отцом, и сыном, и царём…), в отличие от Гамлета или Христа, что хотя Виржиния Вулф и называла самого Джойса человеком, «который в юности расчёсывал прыщи», иногда брала для своих романов некоторые джойсовые сюжеты.
Самой возможностью послушать лучшего специалиста по модернизму в стране и (потенциально) одного из самых мощных прозаиков в России мы обязаны Борису Куприянову, человеку, который не только знает толк в московской книготорговле, но и обладает удивительным чутьём и чувством вкуса.

К большому нашему, московскому, сожалению, Андрей Аствацатуров пробудет в Москве относительно недолго, судя по вышеупомянутому расписанию, только до третьего декабря. Нам представляется, что уровень Аствацатурова как специалиста и литератора давно перерос провинциальный статус «северной столицы». Насколько допустимо, чтобы человек такого таланта гнил в Санкт-Петербурге, городе, в котором культурная жизнь протекает неспешно подобно брожению капусты в бочке?

Почему бы какому-нибудь крупному и состоятельному московскому университету не предложить г-ну Аствацатурову преподавать в Москве, возможно, в качестве главы кафедры или факультета? Отсутствие предприимчивости, как впрочем, и отсутствие физическое, публичных лиц отечественной филологии на лекциях Аствацатурова поражает.

Аморальный Ветерков.

На референдуме в Швейцарии принята поправка к Конституции этой страны, запрещающая строительство минаретов. Несмотря на то, что по предварительным опросам в поддержку поправки высказывалось лишь 39% граждан, а также несмотря на протесты со стороны парламентской оппозиции и правительства, указывающих на нарушение религиозных прав верующих и опасность оттока инвестиций из арабских стран.

Сам по себе такой референдум свидетельствует, что новые времена уже наступили. В Швейцарии ислам стал второй по популярность религии, общее число мусульман насчитывает 400 тысяч человек из 7 млн. населения страны. Минаретов, впрочем, много настроить не успели, всего их было четыре.

Сегодняшняя лекция Аствацатурова в Фаланстере. Заканчивается его рассказ о Джойсе и начинается Вирджиния Вульф. Честно сказать, это все очень поучительно, но примерно в том же режиме он читает лекции своим студентам, а это я уже слышал. Качество записи посредственное. Спасибо, однако, за запись нашисту Ветеркову.

А вот первая лекция от 26 ноября, посвященная обзору литературы модернизма:

Показательная история из области сетевой этики. Некто Илья Ларин, проживающий в Эквадоре, два года назад создал библиотеку lib.rus.ec, которая на фоне судебных исков и преследования других библиотек Рунета стала самой крупной и "народной". Ларин всячески подчеркивал свою идейность: сайт украшает логотип со стилизованным пиратом, а еще на нем можно найти манифест, в котором рассказывается о том, что информация должна быть свободной. Проект в соответствии с тактикой collaboration, характерной для Web 2.0, поддерживался пользователями. Именно они сканировали, вычитывали и собирали книги "Либрусека", число которых в настоящее время превышает 100 тысяч. Администрация принципиально декларировала свою непричастность к формированию контента.

26 ноября 2009 года Илья Ларин объявил о том, что отныне доступ к сайту будет платным. Абонемент, по его мнению, должен стоить примерно $10 в месяц. Ларин при этом оговаривается, что многие будут считать его предателем, но его помыслы чисты: "наша цель - много книг. Не халява, а доступность".

Вот отличная модель бизнеса нового типа. Открыть проект, декларирующий определенные ценности, популярные в народе. Привлечь к сотрудничеству тысячи людей. Пару лет послужить героем и идеалистам. А потом продать все это старшим товарищам, невозмутимо заявляя о верности принципам.

Я думаю, никакой катастрофы тут, конечно, нет. И вся база текстов, собранных в Либрусеке, скоро будет доступна в других местах. А Ларин будет стричь купоны с тех лохов, которые согласятся на "не халяву, но доступность".

Последние три текста, которые я взял из мусорной корзины Либрусека, - это Эпиктет, Сенека, Марк Аврелий.

Несколько дней назад предполагаемый участник первого взрыва "Невского экспресса" Хидриев неожиданно признал свою вину в суде. До этого он утверждал, что является невиновным, а также сообщал, что его заставляли оговорить другого обвиняемого. Вероятность того, что два этих события - завершение судебного процесса по первому взрыву и второй взрыв - совпали случайно, кажется мне весьма небольшой.

Что в действительности их связывает, остается только гадать, поскольку никакой конкретной информации на этот счет нет. Но версия, которая кажется мне правдоподобной, состоит в том, что лица, причастные к взрыву, откровенно издеваются над российскими правоохранительными органами, которые нашли способы заставить Хидриева признаться, и пока занимались этим важным делом, получили новый мощный плевок в лицо.

Ответственность за это следует возлагать вовсе не на какие-то полумифические организации националистов, а на то плачевной состояние, в котором сегодня находится российская правовая система в целом, начиная от низших чинов милиции и заканчивая Верховным судом. Хидриев требовал рассматривать его дело с участием присяжных, что в данном контексте означает, что он и его адвокаты считали, что у следствия действительно нет фактов, доказывающих его вину. В ином случае с его обвинением у присяжных просить не о чем. Разумеется, этого права он был лишен, поскольку террористам, согласно новейшим поправкам в законодательстве, такие поблажки не положены. Так низкое качество работы следствия компенсируется высокой "лояльностью" судов - это один из типичных примеров. В недалеком будущем мы сможем прийти и к показательным процессам, где обвиняемые-террористы требовали бы расстрелять их за предательство российского народа, а судьи проявляли бы снисхождение, ссылаясь на мораторий.

Милая деталь, подчеркивающая зыбкость нашей повседневности и осязаемость "реального мира", - это чемодан с героином, найденный в одном из вагонов "Невского экспресса".

Мораль, если она тут нужна, состоит в том, что общество, в котором отсутствуют какие-либо механизмы защиты гражданских прав, идет под откос.

Джаред Даймонд Ружья, микробы и сталь. Судьбы человеческих обществ. М., 2010.

Самая популярная американская книга последних лет в области социальных наук издана на русском языке тиражом в 5 тысяч экземпляров. В США Даймонд сегодня читается больше, чем Талеб и Докинз.

Давно я не получал такого удовольствия от чтения. Дочитаю - буду писать рецензию.

Пока ехал на лекцию Аствацатурова, дочитал монографию Коллиера о джазе. Резюме: это более чем сносная книга, а учитывая год ее появления на русском языке и распространенность в постсоветских библиотеках - просто замечательная. Коллиер не останавливается на бопе, как я думал, а описывает в том числе и модернистские направления, включая фри-джаз. Отдельные главы посвящены нашим священным коровам - Колтрейну и Дэвису (а также Эллингтону, Байдербеку и Армстронгу, но это как раз ожидаемо).

Особенно меня заинтересовала интерпретация карьеры Дэвиса. Вкратце, меня всегда очень удивлял тот факт, что совсем не бедный музыкант Дэвис в 80-ые годы начал играть какую-то совершеннейшую ерунду, музыку гораздо более низкого качества, чем поздние популярные песенки Армстронга (тяга к популярным жанрам в более позднем возрасте у них общая). Коллиер, хотя и не затрагивает этот вопрос напрямую, предлагает здесь по сути готовое объяснение. Согласно автору, Дэвис никогда не имел выдающейся техники игры на трубе и вообще не был великим исполнителем. Зато он обладал тем, что называется "лидерскими качествами" и "предпринимательским чутьем". Первое позволяло создавать ему мощные стабильные группы, участники которых остаются звездами до сих пор. Второе - создавать новые стили, действуя на шаг впереди моды, и определяя ее. Так Дэвисом был создан сначала стиль cool (Birth of Cool), потом он начал активно экспериментировать в русле "третьего течения" (Sketches of Spain), а в конце концов обретен фьюжн. То, что в 80-ые годы Дэвис ушел в популярные мелодии в этой связи тоже объяснимо - он держал нос по ветру.

Сам Дэвис в своей автобиографии, впрочем, представляет себя совершенно в ином свете. Дэвис искренне считал, что он был гением, и туман опиатов, окутывающий его, был общим с туманом Чарли Паркера. Для Коллиера же Дэвис - великий организатор и не более того. В частности, рождение фьюжна представляется им как буквально коммерческое предприятие, направленное на то, чтобы получить для джазовых музыкантов часть успеха рок-музыки. Дэвис, таким образом, оказывается последователем, компилятором. И вот в этом пункте я - без особых рациональных аргументов - с Коллиером не согласен. Для меня все выглядит наоборот. Дэвис все-таки опережал всех и, создавая фьюжн, он не копировал рок-музыку, а вел ее за собой, позволяя ей учиться.

Типичным примером такого ведения музыки от Дэвиса стал, по-моему, альбом, Filles de Kilimanjaro, вышедший в 1969 году. Это еще не Bitches Brew, напичканная электричеством, но такого прежде не делал никто. Албом не имел коммерческого успеха.



torrents.ru

Был сейчас на первой половине лекции Андрея Аствацатурова в Фаланстере. Аствацатуров доцент филологического факультета СПбГУ, специалист по литературе XX века, в частности, по Томасу Элиоту и Генри Миллеру. Широкой публике стал известен после выхода своего романа, который я не читал. Лектор Аствацатуров весьма профессиональный, мне жаль, что у меня не было возможности слушать эти лекции, когда я был студентом. Для философов они могли бы быть чрезвычайно полезными, учитывая тесные связи между философией и литературой в XX веке - по сути, общей программой нарративного описания мира. Несколько излишне подчеркивая свою роль рафинированного петербургского интеллектуала и активно жестикулируя, Аствацатуров рассказывал о становлении этой предметой области.

Первая часть лекции, на которой я присутствовал, состояла из описания трех тезисов:

- движение идеологии литературы в XIX - XX веках противоположно движению политической идеологии. Если политические системы обещали и предоставляли людям все больше свобод, то литература постепенно низводила человеческую субъективность к игре случая, наследственности, физиологии, бессознательного, стиля. Политическая эмансипация общества описывалась в литературе как все большее закрепощение человека, обнажение его пустоты, неподлинности.

- литература XX века отличалась от текстов всех предыдущих периодов своим конструктивизмом. Автор не был погружен в некоторую национальную культуру и в какой-то конкретный стиль. Он мог сознательно менять стили, играть ими, а кроме того быть практическим космополитом, как это было с Паундом, Элиотом или Джойсом. Роман XX века - это конструкция, в которой очень четко видны результаты усилий инженера, отдельные части, опоры, структуры. Модернистский текст - авторефлексивен, наиболее яркий пример этому положению вещей, его манифестация - это эпизод в "Тропике Рака" Миллера, в котором он описывает, как перенес печатную машинку в комнату с большим зеркалом и работал перед ним, наблюдая за собой.

- модернизм не верит в человеческую субъективность, в его мысли эмоции. Они являются лишь ярлыками, принятыми человеком, чтобы скрыть его подлинную сущность, которая зачастую трактуется как мистическая.

Со второй половины лекции я ушел, потому что стоять еще час не хотелось даже во имя модернизма, литературы и вообще всего светлого, что есть в мире. Удерживать внимание в душном помещении больше часа - это подвиг, места которому в моей жизни не нашлось. Завтра Аствацатуров читает следующую лекцию, ее тема заявлена как "Улисс" Джойса. Попробую снять его на видео, если успею.

Последний эпизод House M.D., Ignorance is Bliss, прекрасен настолько, что я нашел в нем целую стопку метафизических смыслов. Нет, конечно, метафизику можно успешно находить и в инструкциях по травле тараканов, чем один мой знакомый философ и занимался много лет: до тех пор, пока благородные домашние животные не ушли из наших квартир сами (по слухам их отпугнули высокочастотные волны Wi-Fi и GSM). Но в инструкция обычно не хочется. В шедевре американской поп-культуры - напротив, метафизические смыслы сами идут к тебе с распростертыми объятиями.

В общем, основная структурная идея сериала вертится вокруг различия между миром врачей и миром пациентов. Пациент - это тоже человек, но другой. И серии раз за разом разворачивают для нас мир в этой плоскости. Пациент такой же как мы, но между нами пропость медицинской этики. Мы помогаем ему, но не так, как заботимся о самом себе или своих друзьях.

На это остраняющее различие нанизано тождество. Наш другой на самом деле, если присмотреться, ничем от нас не отличается. Он как и мы страдает. Он как и мы принимает решения, зачастую влияющие затем на всю его жизнь. Он как и мы иногда пытается избегать этих решений и перекладывать ответственность на какого-нибудь "члена команды" или бросать монетку. Короче говоря, проблемы этого мира других дают нам постоянную и богатую пищу для интеллектуальных сомнений и этических упражнений.

В Ignorance is Bliss, что примечательно, все это фактически высказывается открытым текстом, а базовое различие мультиплицируются на нескольких уровнях. Для того, чтобы понять смысл этого совершенно не нужно ни смотреть сериал, ни тем более разбираться в предыстории героев. Этим и хороши такие инвариантные структуры. Один из врачей говорит другому, от которого ушла жена:

- Мы все одинаковые. Мы хотим любви, прощения. Шоколада.

Различие между врачем и его другим иллюзорны, они являются набором социальных ролей и не более того. И вот в клинику поступает человек, который когда-то был гением теоретической физики, вундеркиндом, а теперь работает курьером. Он женат на простоватой девушке, которая искренне его любит. В ходе "расследования" диагностов выясняется - и кстати, это никак не влияет на итоговый диагноз - что гений физики страдал тотальным одиночеством в этом мире дураков. Поэтому он пытался покончить жизнь самоубийством, а когда не получилось, то он попал в больницу, где ему кололи обезбаливающие, которые притупляли заодно и его обостренное переживание тупости окружающего мира. Там и в этом состоянии он и встретил свою будущую жену и был счастлив с ней 12 лет, принимая наркотики, замедляющие активность мозга.

Злые доктора лишили его снадобия, и он сказал им, что в таком состоянии у них с женой нет ничего общего: - Это все равно, что разговаривать с гиббоном.

В этом состоянии ему было плохо и одиноко, только Хаус смог его повеселить. А в конце концов он вернул ему наркотики. Ignorance is Bliss, - патетически восклицает доктор в конце.

И над всем этим падает занавес. Так все же, мы все хотим одного и того же, или некоторым нужно немного больше? Гиббоны или шоколад, вот в чем вопрос.

А сюжет, конечно, совершенно высосан из пальца. 12 лет назад у юного гения уже должен был быть интернет, в котором водилось полно яйцеголовых, в том числе женского пола. Слава TCP/IP!

Jennifer Burns Goddes of the Market: Ayn Rand and the American Right. Oxford University Press, 2009. (pdf)

Worshiped by her fans, denounced by her enemies, and forever shadowed by controversy and scandal, the novelist and philosopher Ayn Rand was a powerful thinker whose views on government and markets shaped the conservative movement from its earliest days. Drawing on unprecedented access to Rand's private papers and the original, unedited versions of Rand's journals, Jennifer Burns offers a groundbreaking reassessment of this key cultural figure, examining her life, her ideas, and her impact on conservative political thought.
Goddess of the Market follows Rand from her childhood in Russia through her meteoric rise from struggling Hollywood screenwriter to bestselling novelist, including the writing of her wildly successful The Fountainhead and Atlas Shrugged. Burns highlights the two facets of Rand's work that make her a perennial draw for those on the right: her promotion of capitalism, and her defense of limited government. Both sprang from her early, bitter experience of life under Communism, and became among the most deeply enduring of her messages, attracting a diverse audience of college students and intellectuals, business people and Republican Party activists, libertarians and conservatives. The book also traces the development of Rand's Objectivist philosophy and her relationship with Nathaniel Branden, her closest intellectual partner, with whom she had an explosive falling out in 1968.
This extraordinary book captures the life of the woman who was a tireless champion of capitalism and the freedom of the individual, and whose ideas are still devoured by eager students, debated on blogs, cited by political candidates, and promoted by corporate tycoons.

Во вчерашней Financial Times была опубликована забавная заметка о продаже баз данных с личной информацией граждан России на таких местах как Gorbushka. Суть текста сводилась к тому, что авторитарное российского государство не имеет внутренних механизмов защиты от коррупционной активности внутри себя. Наше государство, вкратце, сильное, но легкое. И одним из способов внелегального получения дохода для чиновников становится продажа информации, что создает огромный многомиллионный рынок.

Так вот вывод, который делает автор газеты, сводится к тому, что возможность любого гражданина получить доступ к любой информации, парадоксальным образом делает российское государство более транспарентным и потенциально - более подконтрольным обществу. "Легкость" государства приводит к его открытости, хотя эта открытость и достигается внелегально. В качестве примера автор приводит журналистское расследование, проведенное "Новой газетой" в рамках процесса Политковской: тогда именно нелегальные базы позволили выйти на одного из ключевых персонажей дела.

Ну а я от себя могу добавить: чисто теоретически, если вас будет судить суд присяжных, ничто не мешает вам предоставить все материалы дела всем кандидатам в присяжные заседатели по данному региону. Это долго и дорого и, вероятно, не вполне законно. Но я жалею, что я этого не сделал, не желая рисковать мерой пресечения. Возможность соответствующая была. Это реалистичный локальный сценарий борьбы с произволом российской судебной системы, которая в ходе разбирательств по заведомо проигрышным для обвинения делам манипулирует материалами за закрытыми дверями.

С мая этого года каждый свой текст, посвященный МВД, я заканчивал тезисом о том, что Карфаген должен быть разрушен. Так и незавершенными до сих пор остаются, к сожалению, статьи, посвященные истории этого эксперимента и тому, как он должен быть закончен. Основные тезисы, в общем, сводятся к тому, что а) у нас так много сотрудников милиции, потому что они заняты в основном двумя вещами: отчетностью и воровством, на работу по специальности времени не остается; б) костяк будущей полицейской структуры должны составить нынешние младшие офицеры, не связанные узами совместно провернутых дел с начальством и начальственными сынками.

Так вот, когда я все это писал, меня спрашивали, считаю ли я, что это действительно может что-то изменить. Разумеется, я не думаю, что чтение статей на liberty.ru и actualcomment.ru может заставить сотрудников МВД нравственно переродиться. Также я абсолютно уверен в том, что высшее руководство страны не может внезапно "прозреть". Концепция доброго царя, от которого свет божий загораживают злые бояре, мне не близка. Дело состоит совсем в другом.

Если мы научимся называть вещи своими именами и будем действовать в соответствии со своими словами, то карточные домики всевластия будут с неизбежностью рассыпаться. Для начала нужно научиться говорить. Нужно показать, что по вопросу о существовании МВД есть совершенно конкретное мнение, которое сводится к тому, что МВД свое отжил. И что это мнение пользуется популярностью. Об этом нужно говорить совершенно спокойно. После зимы наступит весна, Волга впадает в Каспийское море, а МВД будет расформирован. Вечных структур определенно не существует, и нынешняя феодальная система организации отношений между властью и населением тоже не является данной раз и навсегда. Вопрос лишь в том, какую цену придется заплатить за отказ от этих типично русских традиций.

Сегодня о необходимости роспуска МВД заявил депутат Государственной думы от фракции "Единая Россия" Андрей Макаров. Я думаю, что это только начало. Я намерен увидеть, как г-н Нургалиев с челядью совершают публичную сепукку.

А ленты новостей за сутки, тем временем, напоминают сводки боевых действий:

Хроники пьяных милиционеров: в Москве протаранил иномарку, в Туве сбил человека, в Тюмени изнасиловал женщину...

Милиционеру, забившему насмерть в Москве молодого абхазца, предъявлено обвинение. Ему грозит 15 лет

В Челябинской области начался суд над милиционерами, обвиняемыми в избиении задержанного до смерти

В СИЗО Архангельска умирает академик РАМН: УФСИН отказывается лечить его в горбольнице

Бывший заместитель прокурора Ухты Григорий Чекалин "перешел на нелегальное положение"

Интервью Мераба Мамардашвили from kmartynov on Vimeo.

Где-то на сумрачных полях перестройки Марк Захаров, божьей милостью клоун, поймал Мераба Мамардашвили, философа. Их разговор во-первых, является бесценным свидетельством времени. Захаров все время пытается затащить своего гостя в подвал, где они вместе могли бы погрызть трупы большевиков. Мамардашвили в целом этим предложением брезгует, но зато готов благословить на ратный подвиг Захарова.

- Блок во-время опомнился и умер.

- Если бы мои актеры были как вы, я бы ушел в кооперацию.

Во-вторых, впрочем, в беседе есть хороший отрывок о трагическом веселье.

...одно дело - уничтожить нацистские танки во Вторую Мировую, и другое дело - предоставить своим гражданам свободу, доступное жилье, недорогие и общедоступные потребительские товары. По всем этим показателям, которые обеспечивают высокое качество жизни, социализм был разгромлен после окончания Второй Мировой войны. Он не был разгромлен военным путем, поскольку СССР был весьма конкурентоспособен в сфере обороны - при Брежневе, в 1970-е годы, Москва оказалось способной достичь большего или меньшего стратегического паритета с Соединенными Штатами. Но проблема СССР заключалась не в неспособности конкурировать в военной плоскости - проблема состояла в неспособности конкурировать с супермаркетами и магазинами, заполненными товарами; а также в сфере организации и свободы слова.

Стивен Коткин, профессор русской истории в Принстоне

Там же: "То, что называют "реформами" эпохи Бориса Ельцина было вариантом каннибализации советской эпохи".