kmartynov

И душа забыта Богом, одинока, нага —
(Но Дон Хуан Австрийский прорвал линию врага!)
Дон Хуан ведёт сраженье, его неистовый пыл,
Как палубу пирата, всё море кровью покрыл.
Алым залиты дерево, волны, ткань и металл,
Алый прибой ударил, с трюмов запоры сорвал,
И тысячи несчастных, что худы, как скелет,
Не смея глаз поднять, выходят из мрака на свет.

Vivat Hispania!
Domino Gloria!
Дон Хуан Австрийский —
Избавитель от бед!

Сервантес на галере шпагу в ножны вложил
(Дон Хуан Австрийский венец получил.)
И представил: зной, Испания, дорога — и по ней
Скачет в вечность безумный рыцарь на худшем из коней,
С улыбкою клинок сжимая дряхлой рукой...

Lepanto 1571: The Greatest Naval Battle Of The Renaissance (pdf)

Одна из удивительных вещей нынешнего мира - это невероятное обилие разнообразных материалов для любителей клеить танчики в широком смысле слова. Достаточно зайти на любой ресурс, где хранятся "нелегальные копии книг" (надеюсь, что наша цивилизация вскоре поймет весь идиотизм такого подхода к праву в век интернета), чтобы увидеть непрерывную череду изданий, рассказывающих о таких важных вещах как обмундирование вермахта, советские гусеничные тягачи и тактика использования кавалерии во время наполеоновских войн. Список можно продолжать бесконечно: такое ощущение, что все мужское население планеты отправилось играть в солдатиков.

Устоять тут невозможно, поскольку все равно бегут все. Я лишь изыскиваю чуть менее занятые ниши: я начал клеить галеры. XVI век, подслеповатое пятно на моем знании истории, расцвеченное лишь поэмой Броделя о Филиппе II, да биографией Сервантеса. Европейцы уже уплыли в Новый свет, а в центре Средиземного моря все еще правят венецианский дожи, на востоке же - турецкий султан, которому еще не доложили о том, что "Север" везде превзошел "Юг". В Атлантике отрабатывается тактика линейного пушечного боя, в дряхлеющем Средиземном море, уже не центре мира, бал все еще правят галеры. И вот в один день 7 октября 1571 года все было расставлено на свои места.

Прочитал мемуары Эриха Редера, главнокомандующего немецким флотом в 1928-1943 годах. Редер был человеком, которого приходится уважать, например, после Нюренберга он ходатайствовал о замене для себя тюремного заключения расстрелом. С другой стороны, его текст, особенно вначале полон разнообразных банальностей. Редер пишет о том, что с детства был "приучен к бережливости" и много работал, а потом ему "выпала честь получить награду из рук кайзера" и т.п. От человека, который несколько раз встречался со смертью, ждешь чуть более тонких замечаний о человеческом существовании.

Впрочем, как бы то ни было, но чтение оказалось полезным: если сделать скидку на ангажированность источника, воспоминания Редера позволяют бросить несколько отрешенный флотский взгляд на все основные события Второй мировой войны, ну и разумеется понять ход подготовки Германии к войне на море.

Например, Редер пишет о том, что программа строительства океанского флота, принятая Гитлером в середине 30-ых годов (ядро должно было включать в себя 6 линкоров и авианосцы), исходило из того, что основными противниками Германии может быть Франция, но никак не Англия, поскольку последняя обладала подавляющим превосходством в надводных силах, а следовательно единственной разумной стратегией подготовки к войне с ней было бы строительство максимального количества подводных лодок.

Германские авианосцы, включая почти завершенный "Граф Цепеллин", так никогда и не вступили в строй, пишет Редер, из-за саботажа ведомства Геринга, которое объединило командование всеми воздушными силами Германии, но так и не озаботилось подготовкой удовлетворительных самолетов палубного базирования.

Наконец, в 1940 году Редер, по его словам, предлагал Гитлеру сосредоточиться на операции "Морской лев", то есть сделать именно то, чего от него ждали союзники, - попытка оккупации Англии казалось неизбежной, - и не втягиваться в войну на два фронта.

Еще в школе меня остро волновал один вопрос, связанный с историей российского государства. Тактика средневекового боя русской армии была более-менее понятна, изучена на примере сражений начала монгольского вторжения, деятельности Александра Невского и Куликовской битвы. Менее ясным представлялся процесс покорения московскими великими князьями татарских земель на Волге. И полной загадкой было то, в какой именно момент времени Россия была поставлена перед фактом военного превосходства Запада. Как получилось, в общем, что у нас еще были стрельцы, а у соседей уже регулярные полки голландского типа? Этот период - с 1480 года и вплоть до петровской эпохи - оказывался каким-то темным пятном: здесь происходили более-менее известные политические события, но набор инструментов, технологический потенциал был совершенно не ясен. Приходилось сбрасывать все на традиционный школьный вариант: это монгольское иго остановило прогресс.

Этот ответ, конечно же, является полной чушью. Степь в действительности стала проводником новейших восточных технологий (а также неизвестных прежде болезней, прежде всего чумы). И главной из этих технологий была артиллерия. Ко второй половине XV века тяжелые осадные пушки сделали бесполезными старые крепости, и централизованная власть, способная позволить себе это оружие, стала распространяться повсеместно, не встречая на своем пути существенных преград. Так было в случае Османской империи, государства Великих Моголов, Московского царства. Пушки стали тем фундаментом, на котором была основана власть последователей Ивана III. Никакой отсталости России в сухопутном военном деле на этот момент (1500 год) не наблюдается. Что происходит дальше?

Дальше итальянские города-государства изобретают новые фортификационные технологии, земляные насыпи, рвы и бастионы, которые позволяют эффективно противостоять осаде тяжелых орудий. Эти технологии постепенно распространяются в Западной Европе, что приводит к очередному витку гонки вооружений: инженеры и генералы ищут способы усиления артиллерии и создания новой тактики ружейного боя. В России же, как и в Османской империи, и других государствах, чья мощь основана на пушках первого поколения, новых технологий не возникает: ни у одного из противников нет достаточных средств, чтобы возводить укрепления нового типа, а самое главное - любые технологические изыскания рассматриваются как угроза существующей власти и фактически находятся под запретом.



В результате возникает стагнация технологий и то самое отставание, которое очень больно ударило по интересам Москвы в ходе Ливонской войны, через сто лет после начала территориальной экспансии зарождающейся империи. Турков, в свою очередь, останавливают на венгерской границе. Государства, которые столкнутся с западными военными технологиями позднее, (например, Великие Моголы), будут обречены. Наверстать упущенное будет уже невозможно.

Характерно, что в ту же самую ловушку попала Испания, которая одновременно предложила радикально новую тактику сухопутного боя, основанного на организованном взаимодействии пехоты, вооруженной огнестрельным и холодным (пики) оружием, и при этом пропустила революцию морской тактики. Основной морской противник имперской Испании на протяжении большей части XVI века - Османская империя - действовал в рамках традиционной тактики средиземноморского морского боя (таран - абордаж). В классических морских сражениях той эпохи, таких как битва при Лепанто (1571), в котором, кстати говоря, участвовал Сервантес, бал правили галеры. В то время как голландцы и англичане вовсю развивали новую тактику маневренного пушечного боя, Испания продолжала строить галеоны для трансатлантических переходов, и галеры для боев с турками. Чем это кончилось - хорошо известно.

Оба эти примера демонстрируют, что государства, которые делают ставку на консервацию того или иного технологического или социального решения, не реагируя на внешние раздражители, сигнализирующие о том, что времена изменились, обречены. В случае с современной Россией это означает, в частности, что попытка любой ценой сохранить производственные цепочки, оставшиеся от СССР, и замкнутые на сверхубыточном "АвтоВАЗе" (чистый убыток за 2008 год 24,6 млрд. рублей), - это прямой и скорейший путь к третьему миру, Северной Корее и в конечном итоге к потере суверенитета.

Отсканировали "Советское военное чудо 1941-43. Возрождение Красной армии" Дэвида Гланца (pdf). Я настоятельно советую всем, кто хочет подискутировать о начале и дальнейшем развитии Великой Отечественной войны ознакомиться с этим унылым и фундаментальным трудом, прежде чем становится резвым резунистом или истерическим солоненцом. Реальная история, которую пытается писать Гланц, оказывается гораздо более скучной, чем все конспирологические теории относительно автострадных танков или "улетевших на восток советских летчиках".

В книге три части: основные операции 1941-43 года, очень подробно описана структура РККА, а также описаны некоторые типовые биографии советских командиров.

Также имеется (менее важная, на мой взгляд) работа того же автора "Колосс поверженный. Красная армия в 1941 году" (pdf).

Находясь под впечатлением от просмотра гениального фильма "Операция Валькирия", испытываю острое желание поклеить танчики. Наблюдения два. Во-первых, актер Т. Круз всем своим видом показывает в течение фильма, что миссия как бы невыполнима. Во-вторых, как я понял, фильм является откровенной антикоммунистической пропагандой.

Цель заговорщиков состоит в том, чтобы, убрав Гитлера и изолировав СС, договориться о перемирии с союзниками и "спасти Европу от уничтожения". Совершенно очевидно, что за этим эвфемизмом имеется в виду последующая совместная операция по принуждению к миру большевиков.

Мне представляется, что товарищи большевики в этой ситуации были бы поставлены в очень неприятное положение, но война для нас в 1944 году не могла закончится ни в каком ином месте, кроме как в Берлине. Возможно, в случае радикального обострения обстановки, можно было бы начать сближение с Японией. И что было бы потом?

Когда мы прочитали об этом, то прямо ошалели. Это же надо! Не только сам сел за управление самолётом, но и выбросился с парашютом, когда закончился бензин. Гесс назвал себя чужим именем. Чем не подвиг разведчика? Сталин спросил у меня, кто бы из наших членов Политбюро способен решиться на такое? Я порекомендовал Маленкова, поскольку он шефствовал в ЦК над авиацией… Сталин предложил сбросить Маленкова на парашюте к Гитлеру, пусть, мол, усовестит его не нападать на СССР…

Вячеслав Молотов. Трагедия 1941-го. Причины катастрофы. М., 2008.

Советское руководство комментирует перелет Рудольфа Гесса.

Американцы так рвались заменить Британию в качестве сильнейшей морской державы, пока эта страна увязла в тяжелейшей войне против Германии, что начали готовить проекты еще более сильных линкоров. Летом конгресс разрешил Комитету по военно-морским делам заняться разработкой проекта такого корабля, который получил подходящее название — «Террор». По словам конгрессменов, «максимальные размеры, максимальное водоизмещение, максимальное вооружение, максимальная толщина брони должны сделать его самым лучшим линейным кораблем или крейсером, который когда-либо видел мир». В своей обычной демагогической манере американцы утверждали, что этот монстр не является угрозой Британии или Японии, а станет «миротворцем во всем мире».

Питер Смит Закат владыки морей

Забавная книга, написанная в 1977 году безумным англичанином, бредящим погибшим величием королевского флота, видящим в нем единственную защиту свободных людей от всех диктаторских режимов в истории, начиная от испанской империи и заканчивая Гитлером.

Уильям Мак-Нил В погоне за мощью. Технология, вооруженная сила и общество в XI-XX веках. М.: Прогнозис, 2008.

Если будет время, напишу подробный отчет по книге Макнила "В погоне за мощью", она того стоит. Вкратце, это лучший исторический обзор, который я вообще когда-либо читал не только по теме исторической социологии, но и вообще. На "Озоне" Макнила отправили в раздел "История оружия", что, конечно, полная чушь, потому что в первую очередь Макнил пишет про роль вооруженных сил в политэкономии и организации общества. Совершенно обязательное чтение как для всех любителей клеить танчики, так и для социогуманитарных мыслителей (уникальный, пожалуй, случай).

Полный текст книги официально (!) доступен по этой ссылке.

Честно говоря, я совсем не специалист в области военной истории, и в имеющихся обстоятельствах (наличии множества френдов-специалистов) спешу это признать, однако эта дисциплина давно меня увлекает, и особенно - если речь идет об истории Второй мировой.

В общем, вчера в дороге читал свежеизданный труд Дэвида Гланца о начальном этапе Великой Отечественной войны и причинах поражений РККА. Книга, исходя из предисловия, антиревизионистская и конкретно "антисуворовская", написана ведущим американским специалистом.

И одно обстоятельство очень сильно обращает на себя внимание: Гланц не только повторяет все характерные штампы традиционной историографии, например, как пишет русский редактор, назначив Мехлиса штатным злодеем Сталина (это вполне объяснимо и вообще в порядке вещей), но он очевидно не понимает советской психологии ведения войны и психологию ее восприятия более поздними поколениями, не воевавшими. Ту психологию, которая лучше всего изложена в "Балладе о детстве" Высоцкого.

Отсюда возникает теория Гланца, согласно которой, образа советского солдата в советской историографии не создавалось и по цензурным соображениям якобы эта тема вообще систематически обходилась молчанием. Тем самым Гланц игнорирует как минимум всю советскую "окопную прозу" и подтверждает, что вопрос о том, кто и почему вел войну за СССР и победил, остается для него загадкой. В представлении американского исследователя возникает образ русского-чужака с неясным мышлением, странными эмоциями, черт знает какой культурой. Тут один шаг до голливудских концепций ВОВ, выраженных в фильмах вроде "Сталинграда".

Но может быть, думаю я, такая ситуация и к лучшему? Если Гланц ничего не понял в мотивации наших поступков, возможно, он сможет дать им более объективную оценку, основанную на фактах и дескрипциях, а не на чем-то еще.