?

Log in

No account? Create an account
inchief

kmartynov


равновесие с небольшой погрешностью


Категория: авто

ваз убил ссср
inchief
kmartynov

Льюис Сигельбаум “Машины для товарищей. Биография советского автомобиля”. М.: РОСПЭН, 2011.

Книга Льюиса Сигельбаума посвящена одной из главных сторон амбивалентной советской реальности, желанию советских граждан передвигаться на автомобилях и владеть ими, несмотря на многочисленные государственные и общественные барьеры. Советское общество “альтернативного модерна”, построенное как и Запад, вокруг идеи технического прогресса и роста благосостояния, никак не могло разрешить эту дилемму.

С одной стороны, требовалось быстро и надежно двигаться к коммунизму. Об этом – грядущей советской автомобильной эре – в 20-ых годах было написано немало строк. Соответствующие пассажи можно отыскать, например, в ранних фантастических рассказах Андрея Платонова. С другой стороны – личный автотранспорт превращал советского человека в мобильного индивидуалиста, жадного до прочих материальных благ. Автомобилизация Советского Союза опередила воспитание новой коммунистической личности. Мы уже научились признавать ведущую роль товарного дефицита в крахе СССР – дело не в том, что людям было нечего есть или нечего носить, а в том, что они хотели получить доступ к сверкающему миру джинсов и гамбургеров. Настало время сделать следующее наблюдение: советское общество было уничтожено переехавшим его личным автомобилем, выпущенным на конвейере ВАЗа.

В 1974 году в СССР впервые было произведено больше легковых автомобилей, чем автобусов и грузовиков. Эти автомобили попали в частные руки. Сначала “автолюбителей” (великий советский эвфемизм, указывающий на то, что автомобилями не владели, а просто любили их, как любят иногда марки или отдых на свежем воздухе) пытались ограничивать. В 60-ых на просторах СССР еще тлела мечта о Юрии Деточкине – честном труженике, мешающим ворам и жуликам из числа “частников” наслаждаться роскошью своих ГАЗ-21. У частников тогда не принимали заявлений о хулиганстве: если ваш сосед проколол вам шины, то это только на благо советского строя, чтобы другим было не повадно. Частников постоянно штрафовали за грязь на автомобилях, а мыть при этом их было негде – во дворе нельзя, гаража нет, автомойки ориентированы на государственные машины и точка.

Но все это, а также очереди на покупку и запредельно высокие цены на автомобили в сравнении с советскими зарплатами, не останавливало частников-автолюбителей, уже почувствовавших в воздухе ароматы “девочки в маленьком Пежо”. В начале 70-ых поколение родителей моих родителей массово сдавали на права и любой ценой старались получить сначала “Москвич 408”, а потом и “Жигули”. Был проложен жесткий маршрут от к квартире к даче. И именно доступная автомобилизированному населению дача, шесть соток, отгороженных грядками от других грядок, стало тем местом, где погибла советская цивилизация.

Фильм “Инспектор ГАИ”, снятый в 1982 году, рассказывает о директоре станции техобслуживания (Никита Михалков сыграл самого себя), вознесенного на вершину советской иерархии. Именно этот человек, способный решать вопросы с запчастями для постоянно ломающейся продукции ВАЗ, оказывается всесильным. К нему идут на поклон и местные партийные бонзы, и руководство местных силовиков, не говоря уже о простых гражданах.

Бум потребления в СССР начался с автомобилей и запчастей к ним, двинулся к частному и антисоциальному пространству дачи, достиг пика и затем рухнул, завалив под своими обломками страну. Те, кто сегодня призывает спасти АвтоВАЗ, должен помнить о том, кто убил их родину.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


К личной истории советского автопрома
inchief
kmartynov
В детстве я готовился стать историком и любил особенно рассматривать старые фотографии. Старыми мне казались и те фотографии, где запечатлены мои бабушка и дедушка: горные инженеры, строители промышленного Кузбасса, первое поколение "интеллигенции" в нашей семье. Фотографии слагались в Историю: Черное море, Евпатория, Болгария, Ташкент, и бесконечные черно-белые зимы безмерно любимой родины, прогулки на лыжах в кедровом бору, дворовые собаки, голубые ставни.

Отдельно - автомобильные фото, подлинный дух эпохи. Вот фотография первой машины в семье (впрочем, второй - прадед еще в 50-ые собрал собственными руками могучий джип по чертежам ГАЗа, который обещали мне в наследство, да жизнь не удалась; и он где-то колесит теперь по грязям сельских дорог вокруг Кемерово, сметая крыльями пластмассовые иномарки) - горбатого "Запорожца". Дедушка стал автомобилистом, бабушка, советская деловая женщина 60ых - автомобилисткой в брюках и свитере. Потом на смену пришла вторая машина - красный 408-ой "Москвич". На нем-то, видимо, и встречали когда-то меня, ничерта не соображающего, из роддома. Жаль, что я этого не помню.
В начале 80ых на смену ему пришла белая "шестерка", мой автомобильный архетип и одновременно символ ушедшей жизни, самое само, в котором на заднем сидении был откидной подлокотник, рассматривающийся мною как личное место. О, тот, кто не ехал на подлокотнике белой "шестерки" по берегу Томи, напевая "Шалготарьян, Шалготарьян", тот никогда не поймет меня.

"Шестерка" была продана в конце 90ых. Дедушка и бабушка перестали быть автомобилистами. Тогда же перестал водить свой джип на 12 посадочных мест прадед, которому исполнилось 80. История автопрома закончилась.

Ладно, как заметила одна умудренная ЖЖ-юзерша, вокруг нас все пропадает.


А между тем в 1970 году автомобили "Москвич" экспортировались в 95 стран мира и занимали первые места на международных ралли. Это была экспансия наших образов, нашего мира. Дети нынешнего века ничего не будут знать о нем. Как и о светлой советской экономике, издевающейся над буржуазной рациональностью. СССР - единственная страна мира, где подержанные автомобили стоили дороже новых (новая "шестерка" в магазине продавалась за 9 тыс. рублей, цена на нее же на черном рынке доходила до 17 тыс.).

(без темы)
inchief
kmartynov
"— Это Молдавия, — объяснил я. — Молдаване растят для нас с тобой виноград и яблоки, груши и сливы, ягоды и табак.
— Табак?—удивился Димка.—Это для тебя.
— Пожалуй, верно!—согласился я.—Табак —это больше для меня. Зато компоты здесь для тебя делают.
— А где самые большие автомашины делают? — принялся за своё Димка.
На Украине «Кразы», а в Белоруссии... Сейчас увидим!
Как раз вскоре мы над Белоруссией полетели. Поля увидели —тоже разных цветов.
— Это лён, —объяснял я Димке.-А это картофель, а это капуста, а это...
Большой город Минск Димка и сам увидел.
— Вот здесь выпускают самые большие 1рузовики, — объяснил я.—Двадцать пять тонн поднимают, а есть и сорок, и больше...
— «МАЗы» называются! — не дал мне досказать Димка.—А если поставить рядом «Краз», «МАЗ» и «Запорожец», здорово получится, правда?
Хотел я Димку от автомобильного разговора отвлечь. Под нами была Беловежская пуща. Леса и леса. Конца им и края не видно."