?

Log in

No account? Create an account
inchief

kmartynov


равновесие с небольшой погрешностью


Категория: политика

трамп как алиби
inchief
kmartynov

Снимок экрана 2016-11-11 в 14.36.00

Трамп вдруг стал алиби для всех, кто все эти годы ненавидел людей, но политкорректность мешала заявить об этом прямо. Сейчас многие иронизируют о том, как расстроились либералы, но по-моему, не менее забавно выглядят те, кто расценил итоги американских выборов как справку о том, что отныне всем можно быть такими же уродами как Трамп.

Складывается всемирный интернационал человеконенавистников, которые мечтают вернуться в XIX век — туда, где женщин можно избивать, цветных не пускать в бары, геев лечить, а мусульман убивать без суда как террористов.

Хочу разочаровать вас, ребята, из этого ничего не выйдет. Победа Трампа не была триумфом, он победил выборщиками при низкой явке и получит сопротивление. Говорят, он уже убрал со своего сайта обещание запретить въезд в США мусульманам — реальность внесет в фантазии коррективы.

Но главное другое. Сторонники эгалитарных ценностей много веков стояли в оппозиции ко всем Трампам мира, выстояли, создали современный мир и победили. Нам нормально быть в оппозиции, мы умеем это делать и даже любим. Поддерживать слабых и исключенных проще, когда ты сам не сидишь ни в какой администрации.

И думаю, консервативному повороту в ближайшие годы прилетит адекватная ответка: восстания цветных уже начались, а мы ведь помним и суфражисток, и Stonewall, и рабочие профсоюзы.

Я лично обожаю драку. Вот при либеральном порядке было скучновато.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


шпионский мост, сноуден и женщины
inchief
kmartynov
‘Bridge of Spies’ by DreamWorks Studios.

‘Bridge of Spies’ by DreamWorks Studios.

«Шпионский мост» — замечательная реклама политической системы США, так же как, например «Король говорит» была реклама британской монархии. Смотришь и думашь, боже, как же хочется быть американцем. Основной рекламный прием, отсылающий в современном контексте, конечно, к полемике вокруг Сноудена и Ассанжа, заключается в демонстрации зазора между государственным интересом и правовой системой — он якобы имел место в 1957 году. Защищая Рудольфа Абеля, адвокат Джеймс Донован действовал как частное лицо, опирающееся на американскую Конституцию, а не как участник театрализованного процесса под названием «справедливый суд над шпионом в момент исторического противостояния сверхдержав». Что первично, национальная безопасность или адвокатская тайна? Донован считает, что второе, даже если на кон поставлено выживание страны в термоядерной войны.

Очень трогательная речь: «Единственная вещь, которая делает нас американцами, это следование правилам — сформулированным однажды в Конституции». Впрочем, реальность расставляет все на свои места: судья нарушает правила в процессе Абеля под ликование американцев, и единственный действенный аргумент, который остается у адвоката русского шпиона — прагматический. США просто выгодно не убивать Абеля, но сохранить его для возможного обмена. Конституция в конечном счете интересует только чистоплюев, ставки слишком высоки. Примерно в том же ключе сегодня, кажется, в рабочем порядке разрешается драма Сноудена.

Фильм сделан Спилбергом в высоком голливудском каноне, который предполагает, с одной стороны, прямолинейные метафоры, — вот люди бегут к берлинской стене, а вот дети перепрыгивают через заборы в Нью-Йорке, и все это видно из окна S-Bahn и нью-йоркского метро. С другой этот канон всегда включает в себя небольшую погрешность — самым симпатичным парнем в итоге оказывается Рудольф Абель, подлинный стоик и прирожденный художник, жизнь которого совсем нелегка.

Канон включает в себя также специфическое изображение антагонистов в холодной войне — русские сняты, как будто на дворе по-прежнему 1985 год, особенно, сцена русского военного суда над Пауэрсом, — героический кич с узкими полосами кумачевого флага, спущенного с готических потолков. С другой стороны, сцены в советском посольстве на Унтер ден Линден весьма достоверны — за исключением подставной семьи Абеля, тоже выведенной в стилистике «Рэмбо».

Главными маргиналами в фильме оказываются как раз не русские, но женщины, роль которых в мире 1957 года сведена к обслуживающему персоналу и верным женам-домохозяйкам, покорно ожидающим дома своих героических мужей по обе линии железного занавеса. Похоже, мир изменился и уже не будет прежним не только потому, что больше нет берлинской стены.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


к тихоокеанской конфедерации
inchief
kmartynov

An-9dPXhR44

В последний день дебатов на летней школе Фонда Гайдара #GaidPark2015 студенты играли в Россию-2050 — сначала придумайте себе страну, в которой вы хотели бы жить, а потом объясните, как вы сможете к такой стране прийти, исходя из того, что мы имеем сегодня.

Для моей команды как раз в этот день все решалось — мы должны были выигрывать последний день и вместе с ним всю школу. Ну и все напряглись.

Россия в 2050 году — Тихоокеанская Конфедерация с тремя макрорегионами, Северо-Запад, Центр и Восток и тремя столицами в Петербурге, Москве и Владивостоке. В 2047 году началась процедура ассоциации с Конфедерацией четвертого субъекта — Казахстана. Конфедерация контролирует основную транспортную артерию мира — Северный морской путь, кроме того построен скоростной Транссиб-2. Ключевым элементом инфраструктуры Северного морского пути становится Порт-Сабетта в Ямало-Ненецком округе Центрального макрорегиона. Западный макрорегион, состоящий кроме Петербурга из Карелии, Мурманска, Архангельска, Калининграда, Новгорода и Пскова, имеет безвизовый режим с ЕС, и развивается за счет туризма и торговли с Европой. Восточный макрорегион, начинающийся от Уральских гор, стал возможен после запуска в 2020-х годах проекта «глобального города Владивосток», численность населения которого достигает 10 млн человек, жилищных, образовательных и пенсионных льгот для переселенцев на Восток, а также участия в международных платформах АТР. Центральный макрорегион Конфедерации остается самым густонаселенным, здесь располагаются основные научные и индустриальные центры.

К 2050 году основной индустрией в России становится IT — создание софта для огромного рынка «Интернета вещей», программируемых артефактов окружающих людей повсюду. К софтверной индустрии примыкает ВПК и частично приватизированный Росатом, в стране действуют частные космические компании, а также компании по производству новых базовых материалов. К 2036 году в честь столетия «Машины Тьюринга» в России вводится всеобщее обучение школьников New Digital Literacy — фундаментальным основам программирования. Основой культурной политики Конфедерации выступает так называемый сибирский авангард — направление в искусстве, возникшее в плавильном котле культур, существовавшем в течение веков за Уралом, сочетание модернизма и местного фольклора.

В 2030-е вслед за экономическими проходят основные социальные и административные реформы — судебная, образовательная, реформа полиции, реформа армии. Армия становится профессиональной с сохранением института краткосрочной подготовки резервистов, основная ставка делается на новые Воздушно-космические войска и РВСН, Северный морской путь контролируется новым компактным флотом оборонительного назначения.

В политическом смысле Конфедерация — парламентская республика. В 2018 году Путин с трудом переизбирается в разоренной войной и воровством стране, но денег в бюджете не хватает, и в дотационных регионах начинаются массовые социальные волнения, регионы объявляют дефолт. В 2019 году объявлена программа экстренных экономических реформ и либерализации внутреннего рынка, которые позволяю стабилизировать ситуацию в течение последней легислатуры Путина (мы объяснили это «дилеммой диктатора» — если кооптация недовольных в элиты больше невозможна, а на репрессии не хватает ресурсов, то единственный выход для диктатора — децентрализация). В 2024 году на выборах побеждает националист Виталий Петров из числа «ястребов» в окружении Путина — он становится последним президентом Российской Федерации. К 2027 году Петров под популистскими лозунгами пытается устроить передел собственности и пересмотреть реформы последнего десятилетия, что ведет к политическому кризису и массовым волнениям. Парламентской коалиции Госдумы 9 созыва удается инициировать импичмент и добиться его. Исполняющим обязанности президента становится премьер-министр. В 2028 году назначаются досрочные выборы в Думу, собирается первое Конституционное Собрание. Россия становится парламентской республикой, учреждается государственный праздник День республики, во время которого отмечают день освобождения страны от президентов, «сильных рук» и «первых лиц».

В 2029 году Новый Ялтинский договор ставит точку в крымском кризисе — Крым возвращается под суверенитет Украины в качестве АРК, Россия сохраняет право экономической деятельности на полуострове по образцу договора с Норвегией о статусе Шпицбергена. Начало нормализации отношений с Западом и остальным миром, снятие санкций и прекращение торговых войн. Второе Конституционное собрание готовит проект новой Конституции, которая будет принята в 2043 году — Россия становится Тихоокеанской Конфедерацией.

Statement обо всем этом мы начинали с цитаты из Декларации независимости, произнесенной от лица гражданина ТКР в 2050 году — все-таки игра шла 4 июля. Кажется, цитаты никто счастливо не заметил.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


альтернативная история-2014
inchief
kmartynov

2(1)

2014 год начался с того, что мы выиграли на домашней Зимней Олимпиаде, вопреки всем прогнозам спортивных экспертов. Замечательно выступили тогда наши спортсмены. Этим тот год в основном и запомнится. В экономике, конечно, были проблемы, но, положа руку на сердце, когда их не было. Еще был судебный процесс над Навальным, и москвичи снова вышли на Манежную площадь, а приговор опять отложили. Нечего вспомнить, в сущности. Так, личные дела, суета, нормальная жизнь.

Олимпиада 2014 года кончилась сном девочки, и последним сюжетом в этом сне были пионеры и стиляги. Россия еще не знала, как ей нужно относиться к самой себе, к формам своей новейшей истории. Это означало, что будущего еще нет, что его еще предстоит выбрать, построить. В 2014 году мы еще не сделали никакого определенного выбора, только размышляли, готовились.

Янукович тогда бежал из Киева, и в Украине прошли досрочные выборы, был избран новый президент. Горячие головы, националисты, ура-патриоты кричали, что Россия должна ввести в Украину войска, вмешаться в дела братского народа, спасти мальчишек из “Беркута”. Но президент, если помните был тверд: “Мы не будем махать шашкой”. В Украине все быстро успокоилось. Только в Крыму еще несколько месяцев кто-то распускал слухи о поездах с бандеровцами, стоящими на запасных путях в Джанкое.
Кстати, на выборах голоса украинцев разделились примерно поровну. Кто-то выступал за курс на интеграцию с ЕС, кто-то был уверен, что будущее их страны с Россией. Много тогда дискутировали, и было даже несколько сумасшедших, рассказывающих о том, что Россия вопреки мировому праву, своим международным обязательствам и здравому смыслу, хочет напасть на Украину и забрать себе Крым. Сумасшедшим сочувствовали и за глаза крутили пальцем у виска. Ну вы же все понимаете, парни немного перечитали классиков украинского национального движения.

Начиналась весна и Россия жила обычной жизнью. Кто-то строил Южный поток, кто-то теплицу на даче. Кто-то воровал, а кто-то боролся с коррупцией. Дмитрию Киселеву в 2014 году пришлось уволиться с телевидения, потому что рейтинги его передач начали падать. На одних сожженных сердцах геев долго не протянешь, новых объектов для всенародной ненависти долго не находилось, и Киселева постигла участь другой звезды, Светланы Курицыной.

Хамон и пармезан безбожно дорожали, так что приходилось выбирать самый простой. Скажем, вместо Хамон Иберико Беллота брали Хамон Серрано. А вместо пармиджано реджано часто вообще приходилось брать аргентинские аналоги. Что поделать, не научили мы еще в 2014 году жить по средствам.

Зато не на что было жаловаться ни польским фермерам, ни украинским кондитерам. Они отправляли своих детей учиться: первые по традиции в Германию, вторые, как водится, в Москву. Не на что было жаловаться и работникам Valio, и экспортерам электроники, и розничным торговцам мебелью, и работникам заводов по производству ракетных двигателей. Йогурт кушали, на смартфонах играли в игры, на мебели сидели, а ракеты с русскими космонавтами или американскими астронавтами улетали к Международной космической станции. Шла нормальная жизнь.

В магазинах можно было при большом желании, если знать, где искать заранее, найти малотиражные книги скромного графомана Федора Березина о войне в Украине. Чего только не придумают эти фантасты с их вечными попаденцами, крутили пальцем у виска покупатели, и шли покупать новые книги Джоан Роулинг.

Арсений Сергеевич Павлов работал в Ростове на автомойке, и никто кроме его ближайших корешей не знал, что его зовут Моторола. Игорь Всеволдович Гиркин клеил танчики и обсуждал результаты этого процесса на военно-исторических форумах. Александр Юрьевич Бородай ездил на московские радиостанции рассказывать о мировом правительстве: мы с ним часто там встречались.

Кстати, в 2014 году в Крыму произошли большие изменения. В Москве вдруг впервые за двадцать лет вспомнили, что там живут наши соотечественники, что почти весь полуостров русскоязычный, и решили этим воспользоваться. В Севастополе был основан новый русскоязычный университет с большими амбициями. В Симферополе создан новый телеканал, вещающий на русском языке для всех жителей полуострова. На деньги российских меценатов начали создаваться новые библиотеки и частные школы. Крымчане постепенно простили Россию за 90-е. А мировые СМИ наперебой расхваливали мудрую политику Кремля в регионе. В The New Republic вышла большая статья: “Америке придется учиться образцовому использованию soft power у русских”. Кремлевские политтехнологи ходили гордые и раздавали интервью. Киеву это, конечно, не нравилось, но и придраться было не к чему, так что Украине пришлось тоже думать о том, как бы интегрировать наконец русский и татарский по культуре Крым в состав своего независимого государства. Все чаще в Раде обсуждались идея о том, чтобы сделать русский вторым государственным языком Украины.

Донецкий “Шахтер” выиграл чемпионат Украины по футболу. Городские богачи во главе с Ринатом Ахметовым увлеклись коллекционированием и начали создавать один из крупнейших в Восточной Европе центров современного искусства. В Донецком аэропорту начали строительство третьего терминала. На интернет-форуме Славянска с оживлением обсуждалось, на каком слоге в названии города правильно ставить ударение. РЖД не отменяла поездов в Украину, украинцы и россияне как и все эти годы свободно и буднично пересекали границу. В Харькове, Мариуполе никто не ждал внезапного нападения. В Одессе, Луганске никто не погиб. Вообще никто, нигде не погиб.

Год, наверное, был трудным. Стоимость нефти упала, и рубль было последовал за ней, но остановился на курсе 40 за доллар и 50 за евро. Экономика России была встроена в глобальные торговые и финансовые институты, где нашла для себя дешевые кредиты. Инвесторы не бежали, рабочие места не были потеряны, дефицита и паники не было.

Всего этого, к сожалению, не случилось. Мы с горечью читаем список наших потерь. И вычеркнуть пармезан из него проще простого, а вот польских фермеров уже сложнее, а еще сложнее вычеркивать братьев-украинцев и великий русский народ, который обеднел за считанные месяцы ровно в два раза. А совсем невыносимо — вычеркивать мертвых из списка живых. У нас в стране есть профессионалы в этом деле, профессионалы-статистики и статисты. Их труд часто вознаграждается шато в швейцарских Альпах, такова здесь мера успеха. И они же часто говорят, что тем, кому здесь — в нашей нынешней атмосфере — не нравится, нужно уезжать из страны, пока границы открыты. Наша и их проблема заключается в том, что мы в гораздо большей степени почвенники, чем те, кто нас отсюда изгоняет.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


есть такая партия
inchief
kmartynov

MH_smISQSBU

Сейчас этого еще никто не понял окончательно, но благодаря Украине внутренняя политика в РФ тоже никогда не будет той, что прежде. И я не о репрессиях.

Наверное, моя любимая политическая цитата принадлежит Ленину: «чтобы объединиться, нужно сначала как следует размежеваться». Благодаря Украине, можно с немыслимой прежде ясностью увидеть, кто есть кто, как работает пропагандистская машина и создается на все согласное большинство, и еще — очень важно, какой может быть политическая цель для России на ближайшие годы и, видимо, десятилетия.

Эта цель, ее можно назвать украинской идеей, состоит в требовании сменяемости власти, разрушения кастово-сословного общества и интеграции страны в западные политико-экономические (и, вероятно, военные) институты.

Выжженная земля, которая оставляет идеологический «крымнаш», по-моему, это не конец российской политики, а как водится новое начало. Кое-кому только придется немного носить вышиванки и даже, возможно, учить мову. В этом ничего ужасного нет, а даже наоборот замечательно, что наступают такие времена самоопределения.

Мы ведь теперь — украинская партия.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


майдан или орда
inchief
kmartynov

Вчера в Сахаровском центре, рудименте высоких перестроечных надежд, была примечательная встреча мыслителей-мечтателей, где каждый говорил о своем. Тема встречи была озаглавлена как «Майдан или Орда», и Пионтковскому, Широпаеву, Джемалю, Поткину и прочим, конечно, не удалось договориться не только о том, кого нужно поддерживать в украинском конфликте (больше всего меня порадовал Поткин, который сказал, что сейчас можно малыми силами, связавшись с Бородаем, изменить историю, но лично он не готов рисковать семьей и бизнесом), в общем, не только за кого и с кем воевать надо, но и что такое Россия, и что такое Украина.

Широпаев сказал, что Москва равно Орда, а Украина должна вернуть себе историческое имя Русь на государственном уровне. Джемаль возразил, что Россия германский проект Романовых, лишь немного использовавший вывеску великого и свободного ордынского проекта. Пионтковский рассуждал о постсоветских паханатах.

Я тоже на этом сборище выступил по приглашению Марка Фейгина, потому что эти люди в отличие от деревяноголовых пропагандистов хотя бы собираются и разговаривают, а других интеллектуалов у нас для вас нет.

Я сказал, что еще до трагических событий я писал, что майдан — это самое великое, светлое и подлинное, что было в жизни нынешних 20-30-летних русских. Это был короткий момент человеческой борьбы за свободу и единения. Сегодня к светлому добавилось трагическое: Янукович, бежавший к старому другу в Ростов, Украину не отпускает.

Я рассказал, как выступал в апреле перед разными аудиториями в Киеве. Что я рассказывал там о том, в каких терминах можно описывать конфликт. Является ли он этническим, классовым, может быть, даже религиозным? Я по-прежнему убежден, что речь идет о фундаментальном конфликте между имперским и республиканским началом в русской истории, полноценной гражданской войне, выходящей за пределы Донецкой и Луганской области, и пожирающей нас всех.

Республиканское начало при этом стоит рассматривать не только в качестве оппозиции самодержавию, тирании и колониализму, но и через идею республики как общего дела. Майдан для российских обывателей выглядит чем-то ужасающим именно потому, что на нем люди осознали свои собственные интересы и начали действовать коллективно — это и в самом деле оппозиция путинскому большинству в любом смысле слова, которое целиком построено на запрете общественной деятельности. Путинизм сегодня — это сведение всего к частному, к желанию заработать, к даче, к шашлыкам, к паркетнику, к отпуску. В этой сфере вы свободны и сыты, но вы не должны рассчитывать на что-то большее. Майдан рассчитывал, он нарушил правила, и теперь его наказывают. Украинская республика — это возрождение общественного начала в русской истории.

Думаю, Киев сейчас самый русский город на планете — если под русским городом мы понимаем место вольности и борьбы, а не холопства и самодержавия. Я позволил себе использовать термин «русский мир», заметив, что его не обязательно связывать с неосталинистским контекстом донецких ополченцев. Киев — новая столица русского мира, чему могут радоваться любители исторических аналогий.

Интересно, что чтобы стать такой столицей, Киеву потребовалось развернуть национально-освободительную борьбу. Это единственная энергия, которая оказалась способной прорвать нашу инертность — это напоминает Вьетнам или Кубу. Единственное, что смогло отвлечь украинцев от шашлыков, это образ внешнего врага-империи, и глубоко несимпатичный мне национализм стал топливом, энергией для восстания, превратившись в контексте постсоветского империализма в освободительный лозунг.

Москва в этом смысле остается аномальным местом, метрополией, которая пять столетий занимается самоколонизацией и самопорабощением — через деспотизм, через вынесение метрополии во вне, в Петербург, через сталинизм. Особых надежд на то, что Москва изменится, нет.

Будущее украинской и русской истории на десятилетия вперед сейчас зависит от того, сможет ли Киев сохранить революцию и независимость от Москвы, смогут ли украинцы и русские жить без Путина и его реконструкторов по ту сторону границы. Все помнят историю похищения в Киеве Развозжаева, выдачи с Днепра больше быть не должно.

Вот примерно так я выступил, да.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


в чем неправ киев
inchief
kmartynov

XbHfAxlOPug

В Киеве многие склонны считать, что проблема Донецка связана с недостаточными усилиями украинского государства по развитию сознательности (свидимости) и пропаганды украинской идеи. Дескать, двадцать лет нужно было активнее вести культурную политику и выкорчевывать ассоциации с Россией.

Думаю, это ошибка. Эта логика была бы возможной, если бы, как мечтают многие, к востоку от Харькова начинался бы великий океан, и никакого культурного и экономического давления России не было. В реальности у Украины не было возможностей ассимилировать Одессу или Крым, например, — оба эти региона просто тянут на самостоятельное небольшое государство по центральноевропейским меркам.

Была возможность идти за реальностью, и строить украинскую политическую нацию с русско-украинской культурой, признав языки, и попытавшись договориться о примирении Бандеры и маршала Жукова — в конце концов перед Россией та же дилемма стоит до сих пор в виде примирения белых и красных. Возможность была упущена, сначала в виде инерции и желании отмежеваться от России самым примитивным этническим способом, а затем, после майдана, уже из-за тактической глупости и отсутствия стратегического мышления. Уже наступила очень горькая расплата за эту ошибку, однако украинское государство и украинские элиты не способны поменять риторику — это означало бы перечеркнуть все двадцать лет нацстроительства.

Этот поезд идет под откос, и это большое горе. Собственно, сейчас трудно понять, где ситуация может стабилизироваться: даже если раскол Украины оформится, закрепить его мирным путем будет очень сложно, трудно будет поддерживать гражданскую жизнь в послевоенном Киеве.

При этом именно украинское правительство сейчас является наследником гибнущего интернационализма и космополитизма, светлой стороны советского проекта, даже если сплошь одето в вышиванки. Ему, а не Путину, приходится искать компромисс в национальных отношениях, и пытаться балансировать между украинскими ультрас, все еще в основном пассивным русским населением и меньшинством татар. Реальный национализм сейчас на стороне победоносного Путина, и не случайно все отечественные нацисты сейчас готовы встать под знамена Кадырова, известного защитника мирного русского населения, и постоянно вводят свои диванные войска в Украину.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

крым в россии: виталий милонов от моря до моря
inchief
kmartynov

th_Pussi_003

События в Украине развиваются по очень плохому сценарию, причем хуже всех придется русским. Этническим украинцам по-прежнему открыта дорога в Европу, в то время как как для русских раскинута историческая ловушка. Они говорят «мы вернем вам Крым», и делают вид, что поступают так, как поступило бы любое национальное государство, защищающее интересы своего народа, оставшегося за рубежом.

Но это ложь от начала до конца. РФ и его нынешняя власть не является национальным государством ни в одном из смыслов этого термина, в первую очередь в ней нет элиты, заинтересованной в защите национальных интересов. РФ не защищала и не защищает интересы русских в Туркменистане, Эстонии или Чечне — а на каждой из этих территорий им действительно приходится несладко, сравнивать с Крымом не приходится.

Безусловно, в нынешних военных конвульсиях Матвиенко, Нарышкина и всей компании должны быть какие-то бизнес интересы. Кто-то заработал на падении российских акций, кто-то еще заработает на бессмысленной борьбе Центробанка РФ с девальвацией рубля и на самой девальвации. Кто-то уже положил глаз на ялтинские дворцы. Но тут должно быть нечто большое, потому что риски таких инвестиций слишком велики. Гадать, что происходит в голове у Путина, не считающего нужным обращаться к нации, готовя военное вторжение на территорию соседа, занятие бессмысленное. Но думаю, что есть одна слишком очевидная причина: нам хотели показать, что Владимир Владимирович не умеет проигрывать. Что все, кто устроил майдан, будут в конце концов подвергнуты наказанию. Что всем в случае бунта будет только хуже, причем значительно. Что любые ставки и любая цена в этой игре хороша, лишь бы их превосходительство имел хорошее настроение этой весной.

Главное вот что: для всех русских приготовили гигантский автозак и гигантское Болотное дело. Говоришь на русском? Живи в России, голосуй за «Единую Россию», и даже не думай о свободе. Никаких альтернатив. Тебя по-прежнему будут безнаказанно избивать любые люди в форме, а всем сотрудникам «Беркута» в комплекте с российским паспортом подарят по бутылке шампанского для особых случаев. Никаких русских европейцев в принципе быть не может. Хочешь уехать из такой России — заплати за это цену дерусификации своей семьи. Все русские должны принадлежать Путину. Вот о чем говорит блестящая крымская кампания России. Русские не имеют права на революцию, на протест, на бунт. Они должны подчиняться начальникам во всем, ведь иначе их ждет фашизм и распад общества.

Путин хоронит самую красивую историю, которая существовала на постсоветском пространстве, пускай хотя бы в качестве проекта, надежды или мечты. Это была мечта о европейской России. Свободной большой страны с разными культурами и языками, со столицей в Киеве — матери городов русских. Я очень много времени посвятил в последние годы анализу возможности этого политического проекта. Он реализовался все последние годы естественным образом в Украине за счет культурного многообразия, за счет реального двуязычия. Я был в Киеве в 2012 году: это совершенно фантастическое место, русскоязычная европейская столица, более человечный, человекоразмерный конкурент Москвы с крошечными кофейнями. Запрос на европейскую Россию существует с обеих сторон границы. Например, вчера в эфире Эспрессо.ТВ об этой повестке фактически говорил симферопольский журналист и активист майдана Павел Казарин. Его тезис еще несколько месяцев назад мог бы считаться провокацией: майдан должен заявить о русском языке как втором государственном, выбив из рук всех своих оппонентов их основной аргумент.

Мы могли за это побороться и должны были бороться за мощное украинско-русское государство в Европе, но сейчас шансов у нас практически не осталось, гроссмейстер Путин сыграл с нами в чапаева.

Безусловно, значительная доля вины за эти лежит и на Украине, причем как на нынешних революционных властях, так и на тех, кто правил этим государством последние два десятилетия. Грехи первых известны: неспособность усмирить националистов и глупейшая игра в языковую политику на фоне страны-банкрота на грани распада. Сейчас и.о. киевского президента Турчинов обращается к нации и заявляет, что языковой закон будет ветирован до разработки нового справедливого аналога, но время ушло. Более общая беда Украины, гибель которой лишит нас всякой надежды на ближайшие годы или даже десятилетия, заключается в невнятной политике нацстроительства в целом. Вместо того, чтобы гордиться своим культурным многообразием и двуязычием, Киев пытался украинизировать свои восточные регионы, ничего толком не добившись на этом пути. Крым не нужно было украинизировать, равно как и Львов русифицировать — они могли быть гордыми и равнозначными полюсами великого государства. Еще одна беда Украины — выстраивание всей политики в противовес Москве и, что еще хуже, отождествленной с Москвой русской культуры. Вместо того, чтобы сделать русскую культуру своим собственным достоянием, двадцать лет независимости Украины прошли в националистическом бреду. О том, что якобы гражданин Украины непременно должен быть украинцем, говорящим по-украински и читающим только Шевченко. Самая фундаментальная проблема, конечно, путь украинского крупного капитала, который даже в большей степени, чем в России оказался в итоге сосредоточен в руках криминальных кланов, поделивших между собой страну. Восточные региональные начальники сейчас откровенно продают Путину свою страну за право и дальше иметь грамотку на правление.

Итак, все идет к тому, что центра русской политической власти, не подконтрольной Москве, не будет. Ни новгородской республики, ни Литвы, ни Киевской Руси. Украина будет дерусифицирована не в результате акций страшных украинских нацистов, а в результате маниакальных имперских фантазмов РФ — русским в Украине станет быть уже не просто не выгодно, но прямо стыдно. Это самое главное наше национальное поражение за последние десятилетия, завернутое в бисквит имперского вставания с колен.

И, повторюсь, я считаю, что Украина должна быть единой, сильной и двуязычной. Чем можно будет помочь ей в этом, нужно будет помогать. Украина может быть федеративным государством с автономным Крымом. В этом здоровая повестка для всех европейцев, говорящих на украинском и русском, а против нас в этом украинские и российские дельцы, рвущиеся к власти.

Bhzoh1dCEAA0qUK

Замечательный, кстати, мэр в городе Львов. Сравните его с теми, кто сейчас громче всех кричит о необходимости спасать русских в Крыму.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

какие у нас теперь интеллектуалы
inchief
kmartynov

На телевидении сегодня было ясно, что спорить давно уже не о чем. Четверо так называемых оппонентов, Железняк, Шевченко, Калашников из КПРФ и политолог Орлов, соревновались: кто из них больше, искреннее любит Путина.

Железняк, похожий на пухловатого пионера с ранней щетиной на лице отчитывался о нарастании в стране стабильности и всемирно-историческом величии нашего горячо любимого президента.

Коммунист Калашников радовался тому, что Россия наконец поднимается с колен. Человек, чья речь состоит из сплошных штампов, он восхищался. Путин наконец прозрел: Россия в кольце врагов. Они, коммунисты, всегда так считали.

Политолог Орлов, чьи щеки и очки складывались в странную геометрическую фигуру, рассуждал об геополитическом шансе России, который вот конкретно сейчас — и неоднократно, и на всех фронтах — использует Владимир Владимирович.

Веселее всех был Шевченко. Он спрашивал граждан, собравшихся в студии, слышали ли они про консервативную революцию. Предлагал всем почитать Юнгера. Возражал по всякому поводу, что пост-христианская цивилизация и общество потребления вырождается, и только мы с донецкими парнями спасем Украину, Россию и Европу от геев.

Да, опять от них. Борьба с геями становится последним аргументом в пользу существования России.

Шевченко готов в этих целях лично раздавать калашниковы (коммунист Калашников оживился, услышав знакомое слово) и преследовать всех врагов народа.

Умные люди, случайшно зашедшие на этот балаган, вроде профессора-американиста Согрина, пристыженно молчали.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


перестройка, что ты делаешь, прекрати
inchief
kmartynov

perestroika

Начиная с конца 2011 года, а может быть и раньше многие говорят о наступающей – снова – Перестройке. В принципе, это вполне плодотворная метафора, по крайней мере до тех пор, пока под ней понимается оживление общественной жизни, рост интереса к участию в политике и страстно переживаемое некоторыми личностями желание выговориться наконец про всю эту сволочь (раньше это называлось самиздат, теперь твиттер).

С другой стороны, Белковский, например, понимает повторение Перестройки чуть ли не буквально. После 8 сентября он, скажем, писал, что власть сейчас находится в типично перестроечной ситуации цугцванга, когда любой следующий ход только ухудшает ее ситуацию.

В такой, оперативно понятой аналогии, по-моему, вовсе нет никакого смысла.

Навсидку между нынешней политической динамикой и оригинальной Перестройкой в любой точке ее развития есть несколько фундаментальных различий.

Во-первых, Перестройка была инициирована сверху, и в составе последних советских Политбюро было сразу несколько перестройщиков, включая генсека Горбачева и чрезвычайно важную фигуру Александра Яковлева, ответственного за идеологию – фактический аналог нынешнего поста Володина в УВП АП (мне бесконечно нравится эта упырская аббревиатура). Следовательно, видеть в сегодняшнем дне прямой аналог Перестройки – значит подозревать кого-то из правящей элиты в прямых симпатиях оппозиции. И даже если такие тайные симпатии есть – мы все в курсе, что Дмитрий Анатольевич, например, ляпнул о свободе и несвободе, – сравнение требовало бы, чтобы симпатии высказывались публично. То есть Путин должен рассуждать с трибун о необходимости обновления, борьбы за гласность, отказа от ужасного прошлого – немыслимые вещи для сегодняшней политической полярной ночи.

Во-вторых, Перестройка в крупных советских городах была в гораздо большей степени связана с массовой мобилизацией граждан, чем нынешнее протестное движение. В Москве в 1989-91 годах постоянно создавались политические и общественные организации, проходили по-настоящему крупные демонстрации, одна из которых, образца 1990 года, представлена на фото выше – лозунги можно прочитать. Мобилизация охватывала самые разные слои населения, недовольные советской властью, а ее лидером выступила интеллигенция – социальная группа, которая еще пользовалась в тот момент уважением советских граждан. К антисоветской или антиноменклатурной риторике присоединялись экономические требования “жить нормально”, в качестве катализатора выступал все более остро бьющий по гражданам товарный дефицит, и к тому же действовало немногочисленное, но чрезвычайно активное национально-освободительное движение в республиках.

Сегодня вовлеченность граждан в политику существенно ниже, что показывает, в частности, абсолютное количество голосов, отданное за Навального – меньше, чем за Прохорова в 2012 году. Более того, экономические проблемы никак не пересекаются с политическом протестом, глухое социальное недовольство, вообще характерное для России, так и осталось неохваченным протестным движением 2011-13 годов. Это как если бы интеллигенты в 1991 году ограничились требованием свободно издавать толстые журналы, а все остальное предложили бы законсервировать.

В-третьих, власть явно учла опыт Перестройки, она категорически не хочет передавать в частные руки федеральные ТВ-каналы, она взяла под контроль массовую прессу, а в последние годы обратилась и к “тонкой шлифовке” интернет-сайтав. Национальным движениям – татарскому или якутскому – тоже уже не предлагают брать столько самостоятельности, сколько те смогут унести. Власть работает на сегментацию всех форм протеста – у нас, например, отдельно проходят митинги по поводу реформы образования и отдельно по поводу Болотного дела, чаще всего участники обоих мероприятий даже не знают о существовании друг друга.

В-четвертых, в 1988 году нефть стоила 15 долларов за баррель.

Таким образом, если мыслить ситуацию в духе полной аналогии, то протестное движение сейчас намного слабее, чем оно было в 1989-91 годах, а люди, находящиеся у власти, имеют больше ресурсов, чтобы его нейтрализовать. Поэтому без каких-то дополнительных факторов, которые могут существенно повлиять на ситуацию, и которые, в общем, еще больше обессмысливают исходную аналогию, пугать власть цугвангом не приходится.

Нам нужна другая Перестройка. То есть ее нужно не повторять, а изобретать новую.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


почему я не буду голосовать за алексея навального
inchief
kmartynov
У замечательного филолога Андрея Аствацатурова есть история о том, как человек может отказаться от своего прошлого: нужно убить всех, кто знал тебя маленьким. Мало кто может себе позволить нечто подобное, но вот товарищ Сталин смог и стал отцом народов. Однако трудно было представить, что такие вещи могут происходить прямо на наших глазах.

Я сейчас, конечно, говорю про Алексея Анатольевича Навального. Он не то чтобы физически расправился с теми, кто помнит его образца 2006 года, например. А просто новые технологии, похоже, позволяют такие вещи забалтывать. Для многих из вас Навальный явился как бы в готовом виде, в образе рыцаря с пылающим мечом, в доспехах из миноритарных пакетов акций. Он вождь и спаситель, коррупционеры дрожат как осенние листы, да или нет, последний шанс русской демократии и прочее.

Не хочу никого обидеть, но это глупая картинка. И тот факт, что она у кого-то сложилась, свидетельствует исключительно о том, что вам на самом деле не очень интересна политика. Вы хотите не политики, а вождя, который вас всех спасет (а врагов и предателей обязательно накажет, это же Россия). Разумеется, есть и те - и таких людей немало, - которые видят в Навальном просто функцию, надежду на перемены. Я был бы рад оказаться среди них и тоже найти для себя персонификацию перемен. Но, к сожалению, не могу. Этот текст посвящен причинам неготовности идти в ногу.

navalniy

Для начала напомню, что я совершенно не сторонник Собянина и нынешней власти вообще (хотя складывается впечатление, что Собянин и власть как административный аппарат Володина - это сейчас не вполне одно и то же). Никого не призываю голосовать за Сергея Семеновича и даже наоборот. Еще в июне я написал предельно злобный текст в адрес врио мэра - "Самозванец Собянин" - и своего мнения не меняю.

Что касается Навального, то вернусь еще раз к его личной истории. Я следил за политикой, когда это еще не было модно, и прекрасно понимаю, что Алексей мало чем отличается от большинства людей моего круга общения. Это просто один из нас, чесавших языком в интернете, не хуже и не лучше прочих. Ему очень хотелось выбиться в люди, и он целенаправленно выбивается к деньгами и власти уже много лет - и за это я его тоже не осуждаю, этим все вокруг занимаются. Все писали в блог, устраивали дебаты, дружили с политическими партиями, работали на избирательных кампаниях. Только идиот может считать, что Навальный американский шпион или еще что-то в таком духе. Нет, он просто тысячник из ЖЖ, который до сих пор использует эту древнюю площадку в качестве основного канала коммуникации - это вызывает даже какие-то сентиментальные чувства.

В одном из последних фильмов Вуди Аллена есть новелла о человеке, который внезапно стал знаменитым. Репортеры толпились у его дома, брали интервью у его жены, интересовались цветом и фасоном его подштанников. Человек был интересен всем, и в какой-то момент сам поверил в свою уникальность. А потом о нем без какой-либо причины столь же стремительно забыли. Очень смешно наблюдать, как вы, ребята, слушаете, раскрыв рты, что говорит Навальный - этот простоватый политактивист с дипломом РУДН, в версии на экспорт поставляющийся как lawyer из Йеля. У меня есть общие друзья с Алексеем, он хороший парень, но вы делаете из него товарища Сталина - и это очень, очень комично. Как и многое из того, что происходит в России. Завтра вождем станет ваш сосед по лестничной клетке, тогда поймете, как это бывает. Циничнее всего позиция тех, кто удерживая в уме Навального-функцию-перемен, тем не менее работают на его имидж вождя - потому что глупому нашему народу нужен именно такой лидер.

Мне совершенно ясно, что уголовное преследование Навального инциировано по политическим мотивам. Его, разумеется, ни в коем случае не нужно сажать в тюрьму. Я выходил на митинг в поддержку Навального-политзаключенного, и печалюсь тут только о том, что такие же митинги не собираются ради других заключенных. Парадоксальным образом, однако, именно уголовное преследование Навального превратило его в федерального политика, одна ночь проведенная в тюрьме перевела блогера в режим властителя дум. Поэтому аргументы о том, что сейчас нужно поддержать Навального на выборах, чтобы его не посадили, не кажутся мне релевантными. Навальный сделал свою ставку - крупно играть и крупно рисковать. Это достойная игра, но избирателей не нужно брать в заложники этого выбора. Свобода Навального гарантировалась бы его отъездом за границу. Его желанием быть большим политиком в России, несмотря на известные ему риски, исключает голосование из жалости.

Я говорю от своего имени, и лично мне представляется, что Навальный не тот парень. Я не хочу играть в демократию с человеком с его образом мышления. Это мышление глубоко оперативное, сиюминутное, механическое. Взять одну тему, одну метафору и изжевать ее до молекул - это у Алексея отлично получается. Но Навальный не Ганди и не Ленин, он не интеллектуал, глубина мышления которого обращена к национальной истории. Там нет никакой глубины. Нужно прямо сейчас, скорее, скорее ставить кубы, прямо сейчас бороться с очередным Пехтиным, что будет потом - не важно. Любому человеку, изучавшему Россию и современные социальные науки, ясно, что "борьба с коррупцией" - это чистейший популизм. Коррупция не является главной российской проблемой, она есть симптом нашего цинизма и индивидуализма, недостатка общих ценностей и общих действий, гражданских ассоциаций. Пересажав одних жуликов и воров, вы просто освободите место для новых. Требуя максимальной открытости госзакупок, вы создаете новые теневые пространства в государственной экономике. Борьба с коррупцией - это инвестиции в ее развитие, в усложнение и удорожание ее схем. Политическая повестка Навального, если исключить из нее само требование смены нынешней политической элиты (тезис, который я полностью разделяю), упрощается до такой степени, что ее может понять даже ребенок: отнять все у жуликов и воров и отдать все нам.

Эта критика спокойно выносит за скобки известные и довольно мелочные придирки, которые скорее дают более емкий портрет не того парня. Навальный стреляет из травматического пистолета в человека в клубе, он же пишет заявление по позорной 282 статье, он же испытывает народную ненависть к "черным", за что его поддерживают такие респектабельные деятели как Белов-Поткин, его приглашают на Русский марш, где он кричит "Слава России". Он вводит моду на очень простые лозунги, очень простые политические рефлексы. В его блоге публикуется информация об отдельных представителях властной корпорации, причем запрещено спрашивать о том, чьи интересы преследуют подобные публикации. Предполагается, что это всегда речь от имени правды и никак иначе. Начинающий Песков - Анна Ведута - уже сейчас научилась хамить журналистам и отказываться от комментариев. Гуриев, один из циников, видящих в Навальном функцию, пишет ему программу, как до этого другой функции - Дмитрию Медведеву. Навальный и Леонид Волков, этот Бурбулис наших дней, хором шутят по поводу политологов, которых они не то повесят на люстре, не то скормят в зоопарке диким зверям (видно, этот вопрос был предметом напряженной внутренней дискуссии). Волков фантастическая личность, предельно безграмотный, написавший свою "Облачную демократию" так, как будто он первый человек на планете, задумавшийся о демократии, поклонник стриптиза, спасавший черногорские сайты от хакеров из ФСБ, с чудовищной речью. Лозунг "не врать и не воровать" крадется у "Яблока". О "Парнасе", выдвинувшем Навального на эти выборы, он забывает через секунду после этой услуги - нет уже никакого неприятного Немцова.

Все это резюмируется известным афоризмом, родившимся по мотивам кампании Навального: "Не рефлексируй, распространяй!". Давайте говорить серьезно, дело не в любви Волкова к стриптизершам. Дело в том, что Навальный очень много говорит о демократии, но не сделал пока ничего демократического. Любой политик, от китайских коммунистов до Путина, сегодня рассуждает о демократии как о благе. Но Навальный вышел в статус спасителя отечества без единых выборов, не считая клоунады вокруг так называемого Координационного совета, о котором уже все благополучно забыли. В его действиях нет кроме слов никаких следов демократии. Он вождь, вокруг него челядь, дальше идут активисты, толпящиеся интернет-бизнесмены и прочее. Даже у большевиков в 1917 году был коллегиальный принцип принятия решений. За Навальным не числится до сих пор никакой демократии. В этом смысле он напоминает даже не Ельцина, а Горбачева, который стал великим демократом без каких бы то ни было выборов. Скажите, почему вы верите словам, но не смотрите на дела и поступки?

Россия старая мертвая империя, в гигантской территории и сотне народов которой как-то тлеет жизнь. Рецепта, как ее оживлять, ни у кого нету. Но зато есть опыт других умерших империй: рождение национального самосознания и политической нации в них обычно сопровождалось резней. Так было в западных колониальных империях, в Австро-Венгрии, Японии перед второй мировой войной и так далее. В 1991 году русские и нерусские еще окончательно не проснулись от имперских снов, именно поэтому распад той страны обошелся без очень большой крови, хотя кровь была и не малая. Сейчас наше общество постепенно разворачивается в сторону национал-демократии: с тезисом "русским нужно освободиться от тирании и создать свое демократическое государство". Это может быть Карабахом на одной шестой части суши. Выбор, который нам предлагают сделать сейчас, - это выбор между старым уже компрадорско-чекистским капитализмом и новым национальным волюнтаризмом, который говорит, что будущее открыто. Но какие сценарии мы видим в открытом будущем?

Когда Навального с рассветом выпустили из кировской тюрьмы, он пошел рассказывать о том, что это власти испугались ужасного митинга на Манежке, беспорядков, силы народной. В этот момент было видно, что он откровенно держит нас за идиотов. Предполагая поверить в то, что такие решения у нас в стране принимаются стихийно после демонстрации первым лицам каких-то оперативных снимков с веб-камеры о том, что возле Манежки собралось несколько десятков тысяч человек. Вы готовы в это верить? Тогда давайте напугаем власти, чтобы они отпустили Косенко и остальных узников Болотной, пожалуйста. Ясно, что Навальный стал, вероятно всего, невольным участником какой-то невнятной игры, в которой его используют как спарринг-партнера на выборах, а он в свою очередь пытается использовать нас, считая нас дурачками - не без некоторых на то оснований.

Меня также бесконечно удивляет то, что находятся желающие голосовать за мэра, который не хочет быть мэром, а мечтает о президентском кресле. То есть для них Москва просто разменная монета, политический капитал, трамплин. Здесь можно все закатать в плитку, в бетон или ядерную бомбу сбросить, главное, чтобы демократия победила. Не сомневаюсь, что Навальный мэр не хуже Собянина, т.к. Сергей Семенович отнюдь не орел и оба они в городах понимают как в буддизме. Но добровольно и с песнями голосовать за человека, которому откровенно нет дела до города, в котором вы живете, потому что амбиции ведут его дальше? Это запредельный цинизм, не знаю таких примеров в истории политики. Друзья, Москва не арена для политической борьбы, нам тут еще жить при любом политическом режиме. Мэр должен о горожанах думать, а не кресле президента. Тут, по-моему, интересы избирателей расходятся с интересами Алексея Навального, но всем плевать. Я уж не говорю о том, что "политологи" врого Леонида Волкова почему-то считает, что если Навальный победит на выборах мэра, то Кремль превратится в пепел, и режим рухнет. Хотя гораздо вероятнее сценарий в духе Урлашова - мэр Навальный либо становится союзником Единой России, либо на деятельность его администрации натравливают всех силовиков от ФСБ до СК, и героический мэр садится - как сидят десятки мэров в нашей стране.

Совершенно неясно, почему эти выборы рассматриваются частью публики как последний шанс, последняя битву за судьбу русской демократии. Нет ни одного рационального повода считать, что Навальный - это единственный оппозиционный политик на ближайшие годы или десятилетия. Если таких не было, начиная с 2000 года, это совершенно не значит какой-то предопределенности. Давайте пойдем и сделаем, чтобы были, если вы готовы рисковать, конечно. Единственная причина считать, что голосуя не за Навального, ты предаешь демократию - это истерика и шантаж со стороны его сторонников. Тут совсем как в интернете, кто громче кричал, тот и прав. Я думаю, что Навальный не последний шанс, а один из первых и не самый удачный. Я думаю, что учитывая политические убеждения Алексея, поддаваться на этот шантаж не стоит, потому что потом будет стыдно. Если вы, конечно, сами не нацдем, - тогда голосуйте на здоровье за русских людей в русской республике.

Разумеется, политика - это искусство возможного, а идеальных политиков не существует. Но политик, за которого я готов голосовать, должен опираться на горизонтальную структуру свободных граждан, разветвленную партийную сеть (пускай, нелегальную в нынешних условиях), быть избранным лидером своих единомышленников, видеть, куда Россию может завести Русский марш, в конце концов. Будет лучше, если таких политиков будет несколько. Одним из них можете быть вы. Но для этого нужно не распространять, а рефлексировать и работать. Не думайте, что если вы раздали наклейки за Навального, вы занимались политикой. Это политика использовала вас, вы в этой истории не субъект, но товар. Потому что вы не выбирали Алексея Навального выразителем своих ценностей, но поклонились ему, приняв это как данность. Свободные люди так не поступают, извините, ребята. Быть свободным человеком - это не максимальный репост и даже не обслуживание Волкова и Каца.

Так вот хотя идеальных политиков нет, в данном конкретном случае, мне кажется, лучше пропустить ход и готовиться к следующим ходам, а а не скакать по граблям, разложенным историей - очередным отцам народов и непогрешимым лидерам. Это ловушка.

К преданным сторонникам Навального у меня просьба: пожалуйста, позвольте людям иметь взгляды отличные от ваших, не считайте их врагами только за это. Это и есть демократия.

melnikov

А голосовать я буду за дерзкого, страстного и порочного Ивана Мельникова. Только лишь потому что расцениваю это голосом против всех. И мне нет никакого дела, что это не поможет вашим планам на второй тур, друзья.

Простите меня, я с малых лет не умею стоять в строю.

http://kmartynov.com/?p=3791

страшная правда о стратегии кремля
inchief
kmartynov

За сутки Навальный мутировал из блогера в узника режима, автора крупнейшей несанкционированной акции протеста в современной истории России, а потом в публичного политика, независимого и героического кандидата в мэры Москвы. Раньше для такой биографии нужны были годы, теперь все оформляется в считанные часы.

Это, среди прочего, показывает, что в российском суде может произойти все, что угодно, включая высадку инопланетян или даже оправдание.

Сейчас во всем произошедшем лучшие умы отечества ищут какую-то рациональность или стратегию. Много говорится о том, что Собянину, например, нужен сильный спарринг партнер. И вот, в общем, для спарринга-то весь этот балаган и затяен.

Но возникает страшное подозрение. Что никакой стратегии в принципе нет и быть уже не может.

Управление страной происходит, например, по такой модели.

К В.В. Путину заходит какой-нибудь человек Б.:

- Давайте посадим вот этого блогера.

В.В. соглашается.

Потом заходит какой-нибудь человек В.:

- Давайте дадим блогеру в выборах участвовать.

В.В. тоже не против.

И вот блогера регистрируют на выборах, а одновременно сажают.

Раздаются вопли. А теперь выпускаем.

Так развивается наша Родина. И все, больше нет ничего.

А вы как думаете, может существовать какой-то тайный интеллектуальный центр, где сидят сыновья Рогозина и предлагают стратегии?

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


конец блогера
inchief
kmartynov

В конкурсах прогнозов относительно приговора Навальному я не участвовал. Заранее было понятно, что это дело бесперспективное. Правда, когда меня спросили после выступления прокурорских, дадут ли теперь Навльному шесть лет, я ответил, что шесть ни в коем случае не дадут, потому что суд гуманен и независим. А вот пять или четыре гуманный судья Блинов вполне может нарисовать.

Меня вообще в этой ситуации очень интересуют исполнители, в частности судья Блинов. Их как-то обычно предпочитают не замечать, концентрируясь на больших политических битвах. А вот каково это, сидеть в своей мантии, и понимать, что ты просто декоративное растение, патиссон в статусе федерального судьи. Нет, надо изучать этот феномен Блинова. Он многое может сказать нам о нашем родном обществе.

Вспомним этапы славного пути. Как все начиналось?

Вот Александр Бастрыкин, любитель лесных прогулок, публично отчитывает подчиненных за то, что у них там есть один человек по фамилии Навальный.

Не должно быть такого человека!

Потом пошли уголовные дела, появились “братья Навальные” и так далее.

Тут, казалось бы, особых объяснений не нужно. Ведь про этого парня давно были вопросы: почему до сих пор не сидит? Вот теперь сел, порядок.

Остается, правда, загадка: зачем Навального допустили к выборам в Москве.

Я думаю, ответ такой. Власть в духе современных принципов маркетинга задумала сегментировать аудитории. Для широких народных масс Навальный будет теперь осужденным за экономические преступления американским шпионом. А для тех, кто на такую дешевую разводку не купится, Навальный должен стать участником честных московских выборов, в котором он с треском проиграл, занял 3-4 место после Собянина, Мельникова и, может быть, Митрохина. Это бы показало реальный уровень поддержки Навального и заставило бы всех успокоиться.

Неизвестный зверь по прозвищу блогер, который так всех напугал два года назад, теперь загнан в угол и разделан. Одновременно при помощи физического насилия, решеток и наручников, и при помощи демонстрации его политической беспомощности.

Именно поэтому володинская пресса, дежурно настаивая не легитимности всего происходящего, особенно подчеркивает, что избираться в мэры Навальный все-таки сможет. Поддакивает и девственно прекрасный Сергей Собянин, который, по его словам, хотя и не силен в процессуальных вопросах, все же со своей стороны сделал все, что смог, чтобы вывести блогера на выборы и прикончить.

Все это можно было просчитать заранее, по крайней мере, как один из вариантов. И со стороны Навального уже было сделано срочное заявление, что он снимается с выборов. В этом случае у него будут шансы стать не осужденным политическим неудачником, а народным героем и борцом.

Хуже то, что расчеты властей в целом базируются на очевидной социологии: противопоставить посадкам активистов и даже лидеров оппозиции нечего. Сегодня люди выйдут в сторону Манежки, возможно их будет несколько десятков тысяч. А потом все разбредутся по барам делиться впечатлениям. И завтра уже ничего не будет. Что могло бы быть, если бы социология была другой? Во-первых, забастовки. Во-вторых, реальный бойкот Олимпиады в Сочи. Но на это ресурсов нет, а тут еще и Сноуден подвернулся удачно – теперь на все претензии можно отвечать “а вы Сноудена линчуете”.

В общем, блогера Навального прикончили, причем в финале он опубликовал выдающийся пост (думаю, ему помогли его написать). Вместо блогера в России появляется еще один вождь – и в этом, в общем, нет ничего радостного. Вождей у нас было сколько угодно, а вот люди как жили в дерьме, так и живут. Навальный по-прежнему никем не избран, никем не контролируется, никем не может быть отозван. Но путь к национальному герою уже начат, спасибо властям.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

чечня-победительница
inchief
kmartynov

Сейчас в эфире РСН я предположил, что на гипотетическом референдуме в Москве граждане единодушно высказались бы за выселение кавказцев по месту прописки.

Провели голосование: 96% аудитории радиостанции согласны. То есть это, конечно, не проблема города Пугачев Саратовской области. И не в толерантности-ксенофобии дело.

Просто по факту в результате многолетней мудрой политики Путина, клана Кадыровых и других заинтересованных лиц Россия уже потеряла Северный Кавказ в культурном, этническом и политическом отношении.

Обратно пути нет.

Там, в Чечне в первую очередь, наступили уже “традиционные ценности”: избитые женщины в платках, Коран вместо Википедии и финальное право сильного.

Мы по факту сегодня живем с подданными Кадырова в разных государствах.

И единственное решение теперь – оформить эту данность юридически.

Официально признать поражение России в чеченской войне. Сдачу города Грозный, гибель населения. Признать, что деньги, которые давал Кадырову Аллах, – это наши военные контрибуции. Признать действующими Хасавюртские соглашения 1996 года и независимость Чечни. Ввести с ними визовый режим. Поставить вопрос о будущем Дагестана – хочет ли он туда же, под Кадырова.

Это было бы честно.

Но у виновных в нынешней ситуации – российских властей – кишка тонка. Поэтому дети войны и Кадырова, маленькие Кадыровы, будут продолжать нас резать. Лицемерие, дикость и насилие, царящие в кадыровском Грозном, будут импортироваться в Россию (хотя у нас и своего дерьма в избытке). А жирные коты призывать к законности. В Пугачеве Саратовской области и далее везде.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


изумрудный евросоюз
inchief
kmartynov

“Оз: великий и ужасный” – это, конечно, кино про Евросоюз. О стране, где живет старый, добрый народец, ничего толком делать не умеющий, разве что создавать безобидные машины по чужим чертежам. Он танцует, улыбается, играет в игры, носит красивые наряды. Охраняет свое культурное наследие, музей былого величия – Изумрудный город. Особых признаков трудовой деятельности не имеется, зато видны следы массового гражданского энтузиазма. Жители Изумрудного ЕС собираются на площадях, чтобы выразить свое негодование. Движение Occupy процветает.

Всему этому благополучию угрожают летающие бабуины. Мигранты. Некоторые местные политики заигрывают с ними и тогда становятся злыми ведьмами.

Кстати, все местные политики – женщины. Это признак политкорректности и состояния общества в целом. Отец умер, теперь правят матери семейств. Бой-бабы. Феминистки должны праздновать.

Хорошие женщины дружат с мистером Оз, приехавшим из Америки, и прощают ему многое. В роли любимицы, кажется, выступает Ангела Меркель.

Мистер Оз – носитель новейших пиар-технологий. Только они способны защитить Изумрудный город от летающих бабуинов в отсутствии солдат. Главный секрет мистера Оза – телевидение и кино, создание правильной картинки.

Она способна обмануть летающих бабуинов и прогнать недоговороспособных ведьм.

Обезьянка, таскающая чемодан мистера Оза, – это легальный мигант, знающий свое место. Но кто, черт возьми, такая фарфоровая девочка?

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

хомячки и гранды
inchief
kmartynov

Мне очень нравится реплика Лимонова о том, что Навальный – это ставленник крупной российской буржуазии (в отличие от самого Лимонова и Путина, старых чекистов, в прожженных шинелях стоящих на рубежах родины, качаясь от усталости).

Во-первых, тут есть чудесная реминисценция из Макиавелли. Гранды при поддержке рассержанных хомячков атакуют позиции тирана для установления в городе цветущей олигархии. Это чудесно, просто чудесно, это единство “крупной буржуазии” и простых плюсодинеров из ЖЖ. Вот войско.

Во-вторых, даже если говорить серьезно, идея вполне правдоподобная. У российского бизнеса есть одна фундаментальная проблема: как не допустить передела активов после ухода Путина, который рано или поздно случится.

Все нынешние активы хеджированы системой личных отношений, которые в любой момент могут прийти в негодность – после того, как дон нашей мафии уйдет на покой. Тогда начнется война за наследство, и к ней лучше быть готовым заранее.

Один из очевидных сценариев – ситуация начнет выходить из под контроля, и тогда системные политики не смогут стабилизировать ситуацию. Тогда потребуется народный трибун, известный в течение долгого времени как обличитель всех этих жуликов и воров. Те, кто уже сегодня захеджировался Навальным, имеет неплохие шансы получить от него профит в непредсказуемом будущем, где Медведев вцепился в кадык Сечину, а либералы вызывают на город авиаудары НАТО.

В конце концов, Навальный стоит недорого. Ему нужен блог от Мамута, сотрудник Ведута, отпуск на $10 тыс. в теплых краях. Любой крупный бизнес на скрепки расходует больше, чем на Навального.

И этим же обстоятельством, конечно, может объясняться личная неприкосновенность Навального, т.е. тот факт, что он сейчас генерирует новые информационные поводы в формате пехтинга, а не сидит в местах не столь отдаленных, что его не вывозят в лес для профилактической беседы. И, кстати, обратите внимание – война Навального с российскими корпорациями прекратилась, гринмейлом он больше не занимается, и про это уже все забыли, теперь на острие атаки – младшая челядь донов.

Так, чтобы актив не стух, но и не слишком поднялся. Навальный – чей-то засадный полк. При этом сам он думает, конечно же, что в засаду отправился по личной инициативе.

Осталось только понять: что предпочтительнее – правление грандов, давших хомячкам выпустить пар, или продолжение кооператива “Озера”. Я голосую за диверсификацию. Я даже за КПРФ голосовал на выборах от этой печали. Наш вождь – крупная российская буржуазия.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


еду в самарканд
inchief
kmartynov

Главный русский писатель Лимонов отметил 70 лет. Возраст почтенный. Самое время, кажется, двинуться в сторону Средней Азии. Там, на теплых улицах Самарканда Лимонов мечтает закончить свой жизненный путь. Седым стариком без имени, без настоящего, без воспоминаний. Хотя в это трудно поверить. Невозможно представить, как кончится это хвастовство длинной почти в половину века, эта бесконечная истории подростка Савенко о себе, единственном прекрасном, “признанном мировом и европейском достоянии”. Что ж, оборвется эпоха.

Лимонова иногда называют политиком. Это ерунда. Он фантазер, недоучка, седовласое дитя. В своем политическом манифесте “Другая Россия” он предлагает разрушить города и кочевать таборами на бронетранспортерах, чтобы выдавить из себя дух обывателя. В политике Лимонов чтец из поздней, мрачной “Поп-Механики”, выступивший где-то между голыми арфистками и учителем Дугиным. Власти сделали Лимонову подарок, когда отказались регистрировать его кандидатом в президенты. Первый и последний политический жест в его жизни вот какой: веселый Эд стреляет из пулемета в сторону Сараево.

Другое дело книги. Слава Лимонова-писателя родом из великой советской детской литературы. В 20-е годы трудного прошлого века из маленьких жителей одной шестой суши начали воспитывать нового человека. Готовят его к восхождению на великие горы, к погружению в недра земли, полярным перелетам и вообще к преодолению в себе всего человеческого, ограниченного, мелкого. “Два капитана” Каверина, мальчики со шпагой в книгах Владислава Крапивина – вот дисциплина мужества, просочившаяся в поздний советский мир из героической утопии 20-х. Лимонов – последний реликт этой утопии, реликт поздний, разочарованный, “постмодернистский”, изломанный.

Этим наследованием можно объяснить корневое дело литератора. В 90-х, когда очумевшее государство, взмыленные взрослые отвернулись от русских, постсоветских подростков, Лимонов занял пустое место. Он стал вождем провинциальной шпаны, поставил под свои знамена тысячи молодых людей из разных некрасивых, неумных мест России. Можно предположить, лучших из молодых, цвет брошенного поколения. Из Харьковской трилогии можно узнать, что именно об этом Лимонов мечтал всю жизнь. Литература для него всего лишь относительно естественный, подручный инструмент для обретения славы. Настоящая цель – вести вперед шпану. Запрещенная ныне НБП становится для Лимонова главной книгой, которую он пишет вот уже двадцать лет, принимая в соавторов то Курехина, то Летова. Но чаще оставаясь в одиночестве.

Для провинциальных мальчиков, погребенных заживо под школьным лицемерием, нищетой родителей, безкультурным климатом русской равнины, Лимонов предлагал единственную альтернативу, единственную пищу для ума, единственный набор канонического эстетического опыта. Поиски ума приводили русского юношу в бункер, а затем к горю. Старик-пацан оказался единственным, кто не бросил, не отправил его к бандитам, не призвал его бежать. Они десятками сидели, потому что в этом была свобода. Сам вождь в тюрьме любил хвастаться своей бандой из пяти тысяч пацанов. Авторитеты щелкали языками. Эдуард Вениаминович – главарь, заводила.

Приглядитесь, сейчас состарившиеся мальчики Лимонова окружают вас повсюду. Подтянутые, серьезные, дисциплинированные, бывавшие на допросах, что-то понявшие о жизни. Скоро, когда приблизится возраст акме, между ними и лощеными холуями, конформистами, клерками в розовых рубашках, научившихся на совесть любить начальство, пойдет последний бой за родину.

Подлинное величие писателя Лимонова будет раскрыто лишь после того, как будут написаны книги жизни разбуженного, отмобилизованного, приведенного в вертикальное положение всероссийского юношества.

Ветер Самарканда все это схватит, донесет.

http://mnenia.ru/rubric/culture/edu-v-samarkand/

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


украинская доброта и гостеприимство
inchief
kmartynov

Украинские милиционеры публично признались в том, что у их государства нет суверенитета, заложив заодно российские спецслужбы.

Параллельно, по делу Развозжаева Следственный комитет анонимно угрожает прессе, заявляя, что скоро “появятся такие факты, которые опровергнут истерику о похищении”.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


конец государства украина
inchief
kmartynov

Всем шуткам последних месяцев об украинском гражданстве придется положить конец.

Леонид Развозжаев, объявленный в розыск в России за кадры, показанные на НТВ (эти кадры, по словам граждан с НТВ, они получили от “какого-то грузина на улице”), был похищен в Киеве неизвестными.

Местное МВД вроде бы объявило сначала о расследовании, однако очень быстро замолчало. УНИАН тем временем красочно отчитывается о начинающейся завтра встрече Януковича и Путина по газовым контрактам.

Дальше мы узнаем, что Развозжаев вывезен в Москву частным самолетом, и что здесь даже уже состоялся экстренный закрытый суд по мере пресечения, отправивший Развозжаева в Лефортовскую следственную тюрьму ФСБ.

Такая срочность и скрытность, разумеется, для того, чтобы не было лишних вопросов о методах задержания и транспортировки Развозжаева, а также для того, чтобы скрыть следы возможного физического насилия.

Итак, якобы суверенное государство Украина беспрепятственно и молчаливо позволяет вывозить со своей территории людей в частных самолетах.

Весь суверенитет этого государства стоит нескольких людей в штатском и одного самолета.

Вышиванки, национальная гордость, рапорты о том, что Украина не Россия – это блеф для дурачков. Желто-голубым флагом можно подтереться. На самом деле в Киеве правит та же самая российская клептократия.

А подтянутых ребят из СБУ, украинских пограничников со сверкающими трезубцами, нагнули и опустили. Вот бедняжки.

Зато можно быть уверенным в том, что переговоры по газу будут чрезвычайно успешными и выгодными для Януковича, и российские налогоплательщики заплатят за эту дружбу, как и за возможность вывозить людей в частных самолетах с территории “независимой Украины”.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


почему журналист должен быть политиком
inchief
kmartynov

Вот журналист “Эхо Москвы” Плющев пишет в твиттере: “Я считаю, что журналисты, баллотирующиеся в КС оппозиции – это безобразие. Либо ты в оппозиции, либо журналист.” Это с радостью ретвитят кремлевские журналисты и медиаменеджеры. Ну, давайте разбираться, прав ли Плющев.

Аргумент первый. Статус журналиста и политика (и уж тем более политического и гражданского активиста) в современном мире размыт. Раньше было так: у вас лежит трудовая книжка в “Эхе”, есть пресс-карта, значит вы журналист. Теперь для того, чтобы быть журналистом, в том числе профессиональным, т.е. зарабатывающим на этом копеечку, достаточно иметь мобильный телефон и блог, а потом оказываться в нужное время в нужном месте. И наоборот, большинство оппозиционных политиков – журналисты, поскольку на них не работают государственные медиакорпорации. Если разделить журналиста и политика, то оба смогут выжить в современной России, только если наймутся работать на госкорпорацию или в “Единую Россию” соответственно.

Аргумент второй. Исторически оппозиционные политики зарабатывали себе на жизнь журналистикой. За примерами ходить далеко не нужно: создатель первого Интернационала Карл Маркс писал в газеты, которые были готовы его печатать, Владимир Ильич Ленин был известным публицистом, реагирующим по горячим следам на актуальные события жизни Российской Империи.

Аргумент третий. Россия испытывает чудовищный кадровый голод. Это проявляется во всех областях, но в сфере производства идей – особенно. Лучшие умы уехали в Чикаго заниматься финансовыми махинациями. Оставшиеся в стране граждане, способные связать несколько слов, всем хорошо известны. Если предписать им поделиться на журналистов и политиков, обе профессии в итоге проиграют, а не выиграют.

Аргумент четвертый. “Объективности”, к которой взывает Плющев, конечно, не существует. Невозможно рассказывать о политическом событии с абсолютно нейтральной точки зрения. Нет способа в споре каннибалов и вегетарианцев занять отстраненную позицию и самому не стать при этом каннибалом. Реальная объективность строится на системе ценностей и убеждениях человека, который рассказывает о событиях. Выкинуть из этой системы ценностей политическую составляющую можно – это и будет называться продажностью. В политике вообще нет точки зрения “над схваткой”, поскольку в отличие от инженерных задач по, например, строительству моста, здесь есть множество “верных” решений, каждое из которых кому-то на пользу, а кому-то во вред. Об этом замечательно написано в книжке Голосова “Демократия в России”, не устаю ее рекомендовать. Вообще, всем, кто про “объективность без политики”, полезно читать российских классиков, писавших сто лет назад на эту тему, – один из них тут у меня уже упомянут. Американцы не считают зазорным перечитывать время от времени “Федералиста”, и нам тоже не мешало бы помнить о корнях.

Аргумент пятый. Кстати, об американцах. Ни для кого не секрет, что в США существует сильная партийная пресса, в которой работают журналисты с политическими убеждениями. Разумеется, они освещают вещи так, как выгодно их партии, но делают это открыто и публично. Их политическая ангажированность скорее символ профессионализма, чем волчий билет. Подозреваю, что в России демократии не будет ровно до той поры, пока у нас процветает “объективная журналистика” или, по крайней мере, попытка ее изображать.

Наконец, последний аргумент. Не очень хотелось бы делать личные выпады, но позиция Плющева выглядит как попытка защитить status quo – монопольное право нескольких СМИ во главе с “Эхом Москвы” транслировать политическую повестку с позиций “беспартийной честности”. Разумеется, “Эхо Москвы” все годы своего существования занималась политикой. Венедиктов – один из видных российских политиков, “вхожих в кабинеты”. Это такая политика, которую в целом устраивает порядки в стране, она направлена на воспроизведение непубличного характера декоративной российской демократии. И кремлевский истеблишмент, слушающий “Эхо” в своих лимузинах такая оппозиционная политика тоже полностью устраивала. И ретвитят сейчас Плющева те, кто занимается суперангажированной политической журналистикой, облекая ее в привычные формы беспартийной “объективности” – либо с позиций путинского большинства, либо с позиций рукопожатной честности. Призрак партийной журналистики, даже самый ничтожный, как в случае с Координационным советом, всех, кто уже поделил поляну, очень беспокоит, понятное дело.

Журналисты в политике – это нормально.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.