?

Log in

No account? Create an account
inchief

kmartynov


равновесие с небольшой погрешностью


Категория: происшествия

жан амери, по ту сторону преступления и наказания
inchief
kmartynov

po-tu-storonu-395x600

У Жана Амери неожиданно встретил разрешение метафизического вопроса о смерти. Того самого, который дискутируется бесконечно у бедолаг-христиан и еще больших несчастных – агностиков. Амери был в Освенциме, и там наблюдал сцену, как перед селекцией в газовую камеру барак с заключенными обсуждает и тревожится не из-за неё, а из-за возможной консистенции супа. Метафизика смерти, короче говоря, институционально возможна, пока вы ведете достойное человеческое существование. Лагерь снимает все подобные проблемы –там речь идёт о том, как бы облегчить умирание, так что бояться смерти сил уже не остаётся.

Еще у Амери представлена критика Хайдеггера, которого он называет недобрым алеманнским магом. Когда идешь под крики капо по лагерю, пишет Амери, то бессмысленность утверждений о различии сущего и бытия, становится совершенно очевидной. Нам для этого, — говорит Амери, — не нужно было логического анализа языка и синтаксиса, достаточно было бросить взгляд на вышки и колючую проволоку. Такое вот дополнение к Венскому кружку. Кстати, что бы сказал господин Хайдеггер, окажись он в Освенциме?

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

никита дёмин и смерть хипстера
inchief
kmartynov

a5b8goodbye-normals-544f844c5b39d

Участники проекта с претенциозным названием Goodbya Normals рассказали важную историю. Два года назад молодая пара, банковский клерк и журналистка, решили изменить свою жизнь, показать, что гнить в офисе совсем необязательно, и для другой жизни вовсе не нужны деньги. Они попрощались с нормозами и уехали в кругосветное путешествие под девизом «Кругосветка за 30 тысяч рублей». Они собрали деньги на краудфандинговом проекте, а в дальнейшем решили полагаться на доход от московской однокомнатной квартиры, которую они сдали. За проектом следили несколько десятков тысяч человек. Пара производила впечатление недалекой, но милой. Если они так смогли, значит и я смогу — любой может бежать из душного офиса в большой открытый мир, где вечное лето и нет начальников. Никита Демин и Ханна Африка, как называла себя его подруга, — это наша воплощенная мечта о свободе.

Спустя два года странствий Ханна удалила все материалы проекта из сети и опубликовала письмо, в котором обвиняла Никиту в насилии. Кроме того, она рассказала о финансовой стороне проекта — путешествовать за 30 тысяч в месяц никогда не удавалось, и фактически проект держался на помощи со стороны родителей, которые оплачивали перелеты и помогли собрать стартовую сумму в ходе краудфандинга. В общем, я думаю, кончилась мечта наша. Хипстеры отдали концы.

Goodbye Normals снова показал политэкономию того парня со смузи, который едет на веселом мотороллере креативить в опенспейс. В первом приближении за его легким и успешным потреблением стоит рента, которую он получает от бабушкиной квартиры. Собственно, это базовое условие существование нормального хипстера, не иметь необходимости трудиться, но делать вид, что твой доход — это результат твоего креатива. Однако бабушкиной квартиры часто не хватает, тогда свободное существование обеспечивается родителями — престижное потребление вещей и впечатлений передается по наследству еще при жизни предков.

На более фундаментальном уровне Goodbye Normals совершили своего рода психоаналитическое саморазоблачение. Название было ироническим, легким, но оно стало реальностью — пара и в самом деле попрощалась с нормальными, еще до того, как отправилась в путь. Особенности отношений Никиты и Ханны списывают на трудные условия путешествия, но я думаю, что продолжение работы в банке ничего бы не изменило в этой истории. Мужчины бьют женщин и без путешествий, и потом вполне характерно оправдываются. Собственно, хипстеры в данном контексте — это люди с претензией на утонченные и «свободные» культурные практики, которые, однако же, не освоили практик простейших. Можно объездить весь мир, разбираться в брендах одежды, в совершенстве изучить актуальную британскую сцену, и остаться мудаком. Можно оставаться мудаком, собрав деньги на краудфандинг кругосветного путешествия. Хипстеры лезут в кругосветку, не научившись мыть руки перед едой. Свобода без ответственности — как по учебнику, даже скучно. Журналу «Афиша» следовало бы начинать с азов. Почему нельзя бить женщин? Был ли об этом тематический номер и подборка фотографий на Look at me? Нет, там только радость, солнце без конца. Ну и еще Россия, из которой надо валить. А что взять с собой, сваливая, не сообщается.

Поведение Никиты после обвинений его подруги является классическим. Он заявил, что «нет ничего хуже, чем обиженные женщины, знающие твои пароли» — в данном случае имеется в виду пароли к совместному проекту о путешествии, который Никита считает своим, ведь он в основном его оплачивал. Главное, заявил Никита, что проект должен жить дальше. Тяжело вернуться к работе клерком в банке после такого успеха, надо думать.

Публика с оживлением обсуждает, бил ли Никита Ханну или нет, появляется «брат Никиты», который начинает писать от его имени, потому что «сам Никита не может», он публикует видео, на которому у девушки нет синяков. Ханна в ответ публикует фотографии с синяками и билеты домой. Вообще, это работа криминалистов и медиков, но зато мы можем оценивать поведение героя, стремительно сошедшего со сцены, озабоченного сохранением материалов проекта, пославшего вместо себя брата. Это совсем не вирусная реклама нового фильма Финчера, как многие шутят.

Глупые девочка и мальчик, они считали, что мир принадлежит им, не сумев овладеть самими собой. Ханна писала свои «правила жизни», Никита снимал видео. Лучше бы работал в банке, конечно.

Лучше бы мы все работали в банке, — последняя мысль хипстера как социального субъекта перед своей гибелью.

Goodbye Hipsters.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


the wind is rising
inchief
kmartynov

yoko_out


Семидесятипятилетний мастер аниме Миядзаки мягко, но отчетливо хлопнул дверью. Он уходит, потому что фильмы занимают слишком много времени, и он не может гарантировать работу своему коллективу аниматоров. Финал выдающейся карьеры — единственный фильм Миядзаки для взрослых, кристально чистый композиционный шедевр «Ветер крепчает».

Здесь в едином повествовании, медленном и спокойном, как может себе позволить себе только великий мастер, крепко связаны все главные темы 20 века, Японии, всех людей. Любовь, техника, взросление, война, дружба, бедность, модернизация, свободомыслие — настоящий коктейль Молотова в форме традиционного романтического аниме.

- Мы просто хотели делать красивые самолеты, — это прямая речь главного героя, Дзиро Харикоси, конструктора самого знаменитого и смертоносного японского оружия — истребителя «Зеро». Харикоси не может изменить мир, поэтому он осознанно создает орудие убийства из своей любви к красоте, к косточки макрели, ставшей формой крыла «Зеро», к умирающей жене. Он берет работу домой, проектирует «Зеро» одной рукой, во вторую вложена ладонь жены.

Мир не изменить, но мы сохраняем зазор между правилами мира и правилами, смыслом собственной жизни — тонкий как косточка макрели. Мы все еще хотим делать красивые самолеты. Миядзаки сделал кино про мой мир. Там талантливые мальчики бегают за мечтой, нанимаясь на службу злодеям. То, что делается как красивые мысли, продается потом на рынках пропаганды. А потом и к ним в двери стучат, начинается война, косточка ломается.

«Зеро» несет смерть в своей красоте, он наполнен любовью, но бессилен перед правилами мира. Пулеметы «Зеро» утяжеляют его конструкцию, и гений Харикоси в том, чтобы сделать ее еще и еще легче, чтобы красивый самолет мог лететь под этим бременем. Но даже эти пулеметы ничего не значат перед лицом истории. Довоенное землетрясение Токио становится прологом к ядерному пожару Хиросимы.

Эстетика фильма смешивает, противопоставляет две реальности. Мирная жизнь близорукого конструктора самолета, пасторальные облака, быстро бегущие над землей. И его сны о будущем, где самолеты идут в атаку и стирают с лица земли красивые города. В снах итальянский конструктор Капрони объясняет мальчику из Японии, что выхода нет. Ты должен строить самолеты, хотя твой единственный заказчик — безумный императорский флот с вывернутыми наизнанку представлениями о человеческой жизни.

И нет, это не имеет никакого отношения к Ремарку. Жена Харикоси не умрет у него на руках, он не примчится к ней на сверкающем серебряном «Зеро» в горный санаторий. Мальчики из Японии потом будут делать плееры Sony и игровые приставки, а Миядзаки покажет нам симфонию любви и зла за окном, в наших поступках. Весь вопрос в существовании небольшой погрешности между тем, что требует от тебя мир, и тем, как и для чего действуешь ты.

Ветер крепчает, жить старайся, Le vent se lève! . . . il faut tenter de vivre! — в заголовок вынесена строка из поэмы Поля Валери. Перед лицом смерти и войны, важно стараться. Стоит, конечно, до семидесяти пяти лет рисовать аниме, чтобы в конце обрести эту поэтику, говорить таким языком.


Anime_The_wind_rises_Miyazaki_anime_cartoon__characters_hugging_048495_


Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


экзистенциальная жизнь мента
inchief
kmartynov

mayor

В России, тем временем, сняли экзистенциальный боевик из жизни полиционеров — «Майор» (2013).

Дивное зрелище, сделанное по всем правилам жанра, слизанное с лучших американских образцов, но с местным колоритом, ох.

Длинные бессмысленные рязанские зимние пейзажи. Куда-то мчится черная бэха, заработанный честным полицейским трудом.

Потом череда случайностей, какая бывает в кино, и много трупов.

Пересказывать сюжет, пожалуй, не стоит, потому что предугадывать его и разочаровываться — главный смысл экзистенциального боевика.

В целом, думаю, фильм добросовестно передает нравы, роль и функции российской полиции в современном обществе. То есть очерняет по-страшному, приближая к истине.

Чего не бывает в реальности, так это двух вещей.

Во-первых, почти никогда нет человека с ружьем, который приходит убивать полицейских. Это даже в фильме сыграно страшно ненатурально. То есть паника в РОВД сыграна хорошо. Страх мента изображен в полный рост, как нужно. А вот актер с ружьем не знает, куда деть руки и выражения лица у него игрушечное. В этом вся наша проблема.

Во-вторых, в природе не существует совестливых майоров с открытыми моральными ранами. Они все отсеиваются и увольняются еще на ранних стадиях службы. Говорят, кстати, героический Дымовский сейчас сидел по административке за то, что скрылся с места ДТП. Ну, в любом случае, на службе остаются только самые рафинированные образцы, других система не держит, Достоевского в полиции не читают. Гуманистический посыл режиссера Быкова о том, что майор тоже человек — чистейшее фэнтези.

Бомж в изоляторе эту неправду вскрывает, когда фантастический майор в душевных терзаниях не дает ему спать. Вообще, доверие народа к полиции в фильме показано хорошо. Все одним миром мазаны: прежде чем довериться, нужно войти в положение подонков, иначе никак.

Что вдохновляет несказанно: современное искусство настойчиво демонстрирует, что единственный язык, который понимает российский мент, — это когда к нему приходят с ружьем, убивать. Шанс на правосудие и справедливость у вас появляется, если вы приморский партизан. Не знаю, насколько это соответствует действительности на самом деле, но это нам показали в «Счастье моем» Лозницы, в «Долгой счастливой жизни» Хлебникова и даже, прости господи, в «Саньке» Прилепина. Вот и тут тоже.

Честный мент, работающий не за палки, а на совесть, остался в качестве эндемика только в поделках НТВ, снятых для лохов. С чего бы это такой заговор против вас, а, товарищи офицеры?

Этико-экономический вывод, который напрашивается: рыпаться не нужно, а то всем хуже будет. Нужно жить по традиции и не противоречить начальнику РОВД ни в чем. Начальник лучше знает, как все устроено. Куча людей остались бы живы, если бы все было, как принято.

Социально-политические резюме, по-моему, в том тривиальном тезисе, что именно полиция является цементирующим компонентом, каркасом нынешнего российского дерьма. Воруют и гадят все по мере сил, но полиция еще и охраняет этот порядок вещей с оружием в руках.

Ну, вы посмотрите фильм. Приятного просмотра. И с днем милиции.

major1

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


трубка, хармс, россия и смерть
inchief
kmartynov

Каждый раз, когда я вижу на упаковке табака сообщение о том, что курение убивает, я вспоминаю о Данииле Ивановиче Хармсе.

Даниил Иванович курил трубку, страдал, когда кончается табак, но умер совсем не от курения.

На наших жизнях стоило бы ставить предупреждение: “Россия убивает”. Топчет дух, коптит тело и в конечном счете ты находишь себя среди руин государственной тюрьмы. Но можно этого не замечать и думать о вреде курения.

Галич, культурный герой которого любим нашими отцами, и потому совершенно мне чужд, спел однажды песню на стихи Хармса. Там странное авторское предуведомление, а потом ровно об этом.

Чужие голоса этих шестидесятников тоже что-то говорят о нашем родном Хармсе.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


смерть мадмуазель
inchief
kmartynov

МНЕНИЯ.РУ24 Февраля 2012, 14:01:16

Увы, мадемуазель

Во Франции официально запретили обращение «мадемуазель» – оно признано сексистским, поскольку «наводит на мысли о девственности». Что ждет английскую «мисс» и немецкую «фройляйн»?

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


к вопросу о геях
inchief
kmartynov
Мне хочется все же разобраться в истории с Троицким, несмотря на то, что на какие-то акции по этому вопросу времени не хватает.

Вот, скажем, такой вопрос. Несколько лет назад была история об уголовном преследовании блогера, который написал в интернете о том, что хорошо бы всех неверных ментов сжигать на площади в Сыктывкаре. Все горячо поддерживали блогера. Но если бы ситуация немного отличалась. Уголовного преследования бы не было, а вместо него некая ветеранская организация МВД написала бы по месту работы блогера заявление с требованием его уволить. И работодатель соглашается.

Чем эта ситуация принципиально отличается от случая Троицкого? Ну кроме того, что определенной части нашего общества, далеко не всей, менты нравятся еще меньше, чем геи.
Метки:

кралечкин о тандеме
inchief
kmartynov
Цицерон в одном из текстов цитирует Аристотеля [текст не сохранился], который описывет пытку, разработанную этрусскими пиратами. Живого человека привязывали к трупу, который уже начал разлагаться, причем привязывали, соблюдая точное соответствие всех частей тела - нос к носу, руку к руке, ногу к ноге и т.д. Чтобы пытаемый не погиб раньше срока, пираты продолжали его подкармливать. Постепенно, однако, разница между мертвым телом и живым начинала стираться - в основном за счет распространения червей, устанавливающих пути сообщения между живой плотью и мертвой. Тогда мученика переставали кормить. Различия между двумя телами исчезали, когда кожа приобретала в равной мере темную окраску, свидетельствующую о распространении гниения. Поверхностное почернение для пиратов выполняло функцию симптома глубинного некрозиса. Только после достижения полного неразличения некрозиса тела развязывали - казнь считалась законченной.
Такая казнь не только получила многочисленные толкования у таких авторов, как Аристотель, Августин и Ямвлих (прежде всего - в качестве метафоры соотношения души и тела), но и и в превращенной форме пережила средние века, обретя новую жизнь в nupta contagioso, "браке" с мертвым или больным телом: провинившуюся женщину привязывали к больному сифилисом на последней стадии болезни.
Кралечкин о тандеме

лозунги и слоганы
inchief
kmartynov
Мне вот нужно написать лозунги и слоганы по реформе российской милиции.

Увы, но ничего кроме "Смерть фашистским оккупантам" в голову не приходит.

Жаль, конечно, но через естество не переступить.

(без темы)
inchief
kmartynov
Текст обращения в МинюстСвернуть )

***

Я сделал это в самой мягкой форме, на которую был способен. Завтра, если будет время, напишу подробно о всей "дискуссии", и выводах из нее.

Копировать обращение не призываю, особенно если вы считаете, что садизм в тюрьмах должен поощряться.

Но если есть желание, то копии можно отправлять сюда.

Когда они ответят, буду думать, что делать дальше.

утро это маленькая смерть
inchief
kmartynov
Наиболее чудовищным временем суток, безусловно, является утро. Причем таковым его делают не природные обстоятельства, а современная индустриальная культура.

Для того, чтобы ощутить экзистенциальный ужас достаточно спустится в метро в районе 9 утра. Там тесными рядами зияют лица людей, которые не просыпаясь, не приходя в сознание едут в свои офисы - пялиться в экраны, предоставлять свои тела для контроля со стороны начальства.

Бессмысленность их движения является неизменным спутником обреченности, с которой они смотрят в пустоту перед собой.

Я всегда, всю свою жизнь старался игнорировать это время суток, и преуспел в этом. Впрочем, воскресенье в этом смысле прекрасно: оно уничтожает рабочий класс, который вместо победного шествия в никуда с мобильными телефонами наперевес, сворачиваются под одеялами своих арендованных квартир.

я себя под кашиным чищу
inchief
kmartynov
Вчера ходил поздравлять знакомую с защитой диссертации. Она старожил ФЭПа и тему, конечно, подобрали соответствующую: история политического сыска в России, а конкретно - что думали политические полицейские о российских либералах в конце XIX века. Это производит хорошее впечатление на внешних наблюдателей. Однажды года полтора назад peresedov пришел в АХ за деньгами от кровавого режима и завел непринужденную беседу с будущим кандидатом наук.

- А вы, девушка, тут работаете? Чем занимаетесь?

- Сфера моих научных интересов, - отвечала сухо будущий кандидат, - охранка, политический сыск.

Автореферат читается как песня. Наружнее наблюдение, агентурные сети, думаю, монография будет пользоваться успехом. Вывод в диссертации, впрочем, для всех неутешительный: между полицескими и либералами никакой разницы не было, люди одного круга и одного мышления. Всех их смела с лица земли красная конница. Всем, понятное дело, теперь обидно: либералы не хотят быть как полицейские, даже царскими. Полицейским только все равно: они мертвые.

В общем, повод для встречи был отличный и выпито за здоровье мертвых полицейских было немало. Один интеллектуал рассказывал, как трудно жить с еврейскими женщинами, а спустя некоторое время уточнял, не антисемит ли он. На каком-то этапе начался нешуточный спор, поразивший меня до глубины души. Два выпивших редактора кремлевской сети орали друг на друга:

- Лучший журнал в стране - это The New Times! Поверь мне! Я читаю его от корки до корки! Я знаю, что это враг! Но это лучший журнал! Лучший в России! Только его и можно читать!

- Нет и еще раз нет! Лучший и единственный журнал в России - это "Русская жизнь"! Так уже больше не делают, есть только "Русская жизнь!"

Так и не договорились два редактора кремлевской сети о лучшем журнале в России.

Но потом все вернулось на тему гендера (с удивлением обнаружил, что в сети нигде не зафиксированы результаты гендерных исследований группы Анонсенс, например, такой: после смерти разума истина жила с трудом, но это отдельная тема). Кандидата наук спрашивали, чем занимается ее бойфренд. Оказывается, он занимается Бенкендорфом.

- Бенкендорф был просвещенным человеком и переписывался с Пушкиным!

- Да мало ли, кто с кем переписывается. Я тоже переписывался с Бастрыкиным, только он не отвечал.

(без темы)
inchief
kmartynov
небо в клеточку
я в полосочку
воробушек по подоконнику скачет
девочка-веточка
тонечка-котечка
плачет
у девочки сердце стучит стучит
так сильно что клетка дрожит
грудная
"не плачь и не бойся моя родная,
вернешься, и будем с тобой дружить,
вернешься, и будем так весело жить,
и все будет хорошо -
я знаю"
я тоже знаю любимый мой
что все будет хорошо когда-то
но я боюсь не дожить до даты
когда мы вернемся с войны домой
и можно будет считать слова
машины птиц и столбы в окне
и если мы не сгорим в огне
то наша жизнь будет такова
я буду спать поливать цветы
читать за книжкой другую книжку
а у лисы будет новый мишка
и у нас всех будешь тот же ты
и до тех пор пока на наш след
не ступит август а следом смерть
я буду песенки тихо петь
и твердо верить что смерти нет

http://detroyt.livejournal.com/215603.html

повторение
inchief
kmartynov
мы с тобой формы существования белковых тел
мерять расстояние от ванной до кухни
в мягких тапочках и синих джинсах
средоточие наших дел

мы с тобой формы утренних снов
переключатели будильников для разных голосов
торговцы песчинками мостовыми книгопродавцы
пойдет снег и мы выбежим навстречу
руки понесем как венцы

мы с тобой виды вечерней усталости
лучше наверное лечь спать - хотя
посиди со мной еще
ведь мы с тобой одни мы с тобой смерть
и другие шалости

(без темы)
inchief
kmartynov
У Тони сейчас нет интернета. Я рассказываю ей, что мы все хорошо отработали вечер, что нам снова помогают.

Она цитирует Джона Донна:

Нет человека, что был бы сам по себе, как остров;
каждый живущий - часть континента;
и если море смоет утес, не станет ли меньше вся Европа
- на каменную скалу, на поместье друзей,
на твой собственный дом.
Смерть каждого человека умаляет и меня,
ибо я един со всем человечеством.
А потому никогда не посылай узнать,
по ком звонит колокол: он звонит и по тебе.

(без темы)
inchief
kmartynov
Теория жизненных поступков, в основе которой лежат идеи антисубъективизма и детерминизма, не проходит проверку практикой. "Я" не распадается на много маленьких фрагментов-поступков, сталкиваясь с реальностью, но, наоборот, собирается из юмовских пучков в картезианский кулак - каждый прут ломается легко, но все вместе они слишком уж прочны. Отсутствие выбора, которое легко принять, когда речь идет о случайной встрече, становится трагедией перед лицом жизни как серии нелепых случайностей ("просто не повезло"). Трагедия - это второе название "я". Но "я", по всей видимости, и механизм адаптации. Ведь когда ничего не осталось, я всегда могу сказать, что у меня есть "я".

Поскольку другой теории у меня нет, то дальнейшие перспективы очень туманны. Может быть, Афродита в пене родится, может быть я пойду и остановлюсь, прекращу "созерцательный образ жизни" и стану порядочным человеком. Есть, наверняка, еще и третий особенно хитроумный путь, но его изобретут потом.

Time ... is a black lake. The water barely moves; the past refuses to slide away; and the slow, irregular stirrings of an oar remain in place. Nothing is lost here... And yet everything is lost.