Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

inchief

скрипник, шумский: другая история советской украины

1162px-XV_съезд_ВКП(б)_-_Рыков,_Скрыпник,_Сталин

В контексте Украины меня сейчас больше всего интересует мировоззрение украинских большевиков первой волны, в первую очередь наркомов просвещения УССР Шумского (до 1927 года) и Скрипника (до 1933 года).

Оба они были украинскими патриотами, оба активно развивали пресловутую «украинизацию» (распространение украинских школ и украинского книгоиздания), но чувство там явно было глубже. Скрипник, например, был прямым оппонентом Сталина по вопросу национальностей и по частному, но острому политическому вопросу создания Донецко-Криворожской советской республики в ходе Гражданской войны.

Украинские правительство большевиков (Народный секретариат) во главе со Скрипником сидело тогда в Таганроге и полемизировало с административно-военным расчленением Украины ЦИК собственной партии. Тут, с одной стороны, была еще — и вплоть до гибели Скрипника сохранялось — реальная демократия и дискуссия внутри партии по вопросу развития Украины. С другой, что еще более важно, Шумский и Скрипник, видимо, верили, что, отталкиваясь от национально-партикулярного, украинского можно перейти к общечеловеческому, и никакого другого пути тут нет, что не только русско-имперское может стать плацдармом для движения вперед, но и украинско-республиканское, если угодно.

С именем Скрипника связан один из важнейших моментов в истории украинской культуры, принятие т.н. харьковского правописания украинского языка, которое было в СССР практически сразу отменено по политическим причинам, зато использовалось украинскими эмигрантами. Там был очень яркий момент принятия и обсуждения этого правописания в 1928 году, еще в том СССР, где такие вещи (обсуждения) были возможны.

Скрипник покончил самоубийством в 1933 году после одного из заседаний Политбюро, где его осуждали как «националиста». Шумский с 1933 года в заключении на Соловках, впоследствии в ссылке в Красноярске, убит в 1946 году во время возвращения в Киев.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

inchief

моя дисциплина

pionery

Говорили со студентами о дисциплине. Не о той, конечно, которая хромает, а о той, которая родилась вместе с нами в Паноптиконе.

Речь зашла о дисциплинарных практиках в школе вроде знаменитой позы прилежного советского ученика — спина прямо, руки сложены друг на друга на парте.

Я вспомнил, как 22 апреля 1991 года наш класс приняли в пионеры — последними в СССР.

Всех приняли, и меня тоже, и только двух хулиганов оставили в назидание без доступа к юному ленинизму.

После был урок физической культуры. Пионер должен быть спортивен и подтянут на случай революции и атомной войны.

Я снял пионерский галстук, положил его в карман форменного пиджака, и больше никогда не надевал. В знак, конечно, протеста против всего плохого, что происходило в мировой политике, от Гондураса до Прибалтики (я очень следил и интересовался).

Есть фотография нашего класса. На ней я вальяжный, со свободным воротником рубашки, на фоне рядов подтянутых пионеров в их алых галстуках. Нас таких трое — я и те два негодяя.

Осенью следующего учебного года Советский Союз сдулся без всякого пафоса. Школьная форма тихо отмирала. Горниста, бегающего на линейку в белоснежной рубашке, заменили палатки со сникерсами.

Что делать — было решительно неясно. Как и против чего теперь обращать свой протест? Все сняли галстуки и форму. Не надевать же их обратно.

Так я ничего и не придумал. Не дали попротестовать, повыделяться из толпы всласть.

Вот ужасы советской жизни, дисциплинарное общество.

Запись опубликована kmartynov.com. You can comment here or there.

inchief

ваз убил ссср

Льюис Сигельбаум “Машины для товарищей. Биография советского автомобиля”. М.: РОСПЭН, 2011.

Книга Льюиса Сигельбаума посвящена одной из главных сторон амбивалентной советской реальности, желанию советских граждан передвигаться на автомобилях и владеть ими, несмотря на многочисленные государственные и общественные барьеры. Советское общество “альтернативного модерна”, построенное как и Запад, вокруг идеи технического прогресса и роста благосостояния, никак не могло разрешить эту дилемму.

С одной стороны, требовалось быстро и надежно двигаться к коммунизму. Об этом – грядущей советской автомобильной эре – в 20-ых годах было написано немало строк. Соответствующие пассажи можно отыскать, например, в ранних фантастических рассказах Андрея Платонова. С другой стороны – личный автотранспорт превращал советского человека в мобильного индивидуалиста, жадного до прочих материальных благ. Автомобилизация Советского Союза опередила воспитание новой коммунистической личности. Мы уже научились признавать ведущую роль товарного дефицита в крахе СССР – дело не в том, что людям было нечего есть или нечего носить, а в том, что они хотели получить доступ к сверкающему миру джинсов и гамбургеров. Настало время сделать следующее наблюдение: советское общество было уничтожено переехавшим его личным автомобилем, выпущенным на конвейере ВАЗа.

В 1974 году в СССР впервые было произведено больше легковых автомобилей, чем автобусов и грузовиков. Эти автомобили попали в частные руки. Сначала “автолюбителей” (великий советский эвфемизм, указывающий на то, что автомобилями не владели, а просто любили их, как любят иногда марки или отдых на свежем воздухе) пытались ограничивать. В 60-ых на просторах СССР еще тлела мечта о Юрии Деточкине – честном труженике, мешающим ворам и жуликам из числа “частников” наслаждаться роскошью своих ГАЗ-21. У частников тогда не принимали заявлений о хулиганстве: если ваш сосед проколол вам шины, то это только на благо советского строя, чтобы другим было не повадно. Частников постоянно штрафовали за грязь на автомобилях, а мыть при этом их было негде – во дворе нельзя, гаража нет, автомойки ориентированы на государственные машины и точка.

Но все это, а также очереди на покупку и запредельно высокие цены на автомобили в сравнении с советскими зарплатами, не останавливало частников-автолюбителей, уже почувствовавших в воздухе ароматы “девочки в маленьком Пежо”. В начале 70-ых поколение родителей моих родителей массово сдавали на права и любой ценой старались получить сначала “Москвич 408”, а потом и “Жигули”. Был проложен жесткий маршрут от к квартире к даче. И именно доступная автомобилизированному населению дача, шесть соток, отгороженных грядками от других грядок, стало тем местом, где погибла советская цивилизация.

Фильм “Инспектор ГАИ”, снятый в 1982 году, рассказывает о директоре станции техобслуживания (Никита Михалков сыграл самого себя), вознесенного на вершину советской иерархии. Именно этот человек, способный решать вопросы с запчастями для постоянно ломающейся продукции ВАЗ, оказывается всесильным. К нему идут на поклон и местные партийные бонзы, и руководство местных силовиков, не говоря уже о простых гражданах.

Бум потребления в СССР начался с автомобилей и запчастей к ним, двинулся к частному и антисоциальному пространству дачи, достиг пика и затем рухнул, завалив под своими обломками страну. Те, кто сегодня призывает спасти АвтоВАЗ, должен помнить о том, кто убил их родину.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

inchief

редакторы, пальмы и великий советский союз

Очень показательный скандал из жизни "российского интеллектуального пространства". Издательство "Алгоритм", специализирующееся на душераздирающем политиздате, который "срывает маски", "разоблачает заговоры" и рассказывает о том, как "ОНИ убили нашу великую родину", выпустившее огромное количество подобного мусора, село в лужу.

Дело в том, что в "Алгоритме" редакторами работают какие-то дикари, недавно спустившиеся с пальм и вовсю отыгрывающие образ "Верхней Волты с ракетами". Их профессионализм заключается в том, чтобы взять американскую книжку, перевести ее кусками, поменять название на прямо противоположное по смыслу, выкинуть половину книги, оставшуюся половину "улучшить", и издать все это на русском языке без договора с авторами. Так чтобы ностальгирующие о великом советском прошлом индивиды получили "объективный и беспристрастный источник", и можно было продолжать плакать над трупом.

Все бы ничего, но пальмовые редакторы, не учли, что их творение может попасть в руки настоящим авторам, которые, во-первых, удивятся отсутствию договора на перевод и издание книги в России, а во-вторых, предадут гласности тот факт, что издательство "Алгоритм" элементарно врет, продавая книгу "На высших уровнях: история окончания холодной войны, увиденная изнутри" под заголовком "Измена в Кремле: протоколы тайных соглашений Горбачева с американцами", причем "хотя это несанкционированное издание, кажется, включает материал, произвольно выбранный из книги "На высших уровнях", оно не является полным, прямым и точным воспроизведением оригинала".

Существа из "Алгоритма" обильно кормят этим дерьмом своих читателей, причем желающих участвовать в пиршестве, судя по номенклатуре опубликованных издательством текстов, хватает. Можно себе представить, что "Алгоритм" вытворяет с другими своими "книгами" и во что превращаются в руках этой публики оригиналы.

Существование издательства "Алгоритм" - это наглядный пример того, что для развала СССР американцев привлекать не требовалось.
inchief

бизнес крокодила гены



Нынешнее поколение студентов выросло вот на такой литературе, которую Эдуард Успенский штамповал в духе времени в 1996 году. Крокодил, как видно, был вовсе не лох. Может быть, у него даже был малиновый пиджак. Но сути это не меняет: те, кто родился после распада СССР - инопланетяне.
inchief

еще о брестской крепости



Продюсером и главным идеологом фильма "Брестская крепость", который так понравился нашим патриотам, выступил Игорь Угольников. Стоит ли удивляться тому, что на выходе мы получили высокотехничный вышибатель слезы, рассказывающий о некоторой крепости в параллельной реальности, где нет ни Ленина, ни Сталина, ни ВКП (б), но актеры зачем-то носят костюмы, похожие на те, что носили в реальном СССР 1941 года, и разливается по камням моря пастеризованного томатного сока. Это ведь делали люди без родины, без памяти, без истории. И рассказ о смерти в крепости для них всего лишь повод удачно попасть в конъюнктуру.

И потому Игорь Угольников в первой половине 90-ых снимал вот такое видео:



А в 2010 году уже вот такое:



Спецэффекты, конечно, стали лучше, а в остальном разницы никакой.
inchief

на олега напал сталин

А вообще де-факто на Олега напал Сталин. Пока десталинизацию страны не проведут, ничего тут не будет нормального, - о как приятен этот радостный мир простых ответов, интеллигентских фантазий и маленьких трагедий. Это ведь человек написал на полном серьезе, и он, конечно, искренне переживает, и хочет осмыслить, и старается понять.
inchief

коммунистическая неврастения

Между делом прочитал чуть больше половины советского бестселлера "Как закалялась сталь", который наша школьная программа образца 90-ых уже проигнорировала. Очень странно читать Островского после Платонова и Сорокина. Невозможно отделаться от мысли, что здесь есть такие бездны, которые соцреализм как массовая практика производства текстов не видел и видеть не хотел.

Это книга о том как в бойне гражданской войны Том Сойер становится Сверхчеловеком. Это история коммунистической неврастении, когда ослепший на один глаз Корчагин желает женщину, но отказывает себе в этом праве, потому что он принадлежит партии, а потом еще потому, что с женщиной трудно, а работа в ЧК ясна - есть враги революции и нужно их бить.

И вот платоновское:

Уже год носился по родной стране Павел Корчагин на тачанке, на
орудийном передке, на серой с отрубленным ухом лошадке.


И вот его же о нутряном гендере революции:

Двум большевикам отдала она свою любовь. И обоих забрали у нее белогвардейские пули. Один - мужественный великан, комбриг, другой - юноша с ясными глазами.

А вот универсальное мужское, оцененное греческими воинам или поселенцами на Среднем Западе:

Все стало в комнате общим. Жалованье, паек и случайные посылки - все делилось поровну. Личной собственностью осталось лишь оружие.
inchief

концлагеря, больное общество



В завалах перестроечного кино нашлась крохотная жемчужина. Наглядный и грубый пример пропаганды, которая делалась в СССР для того, чтобы СССР не было. Не знаю, были ли в истории государств примеры такой работы, но в данном случае она налицо. Можно вынести за скобки конспирологию: не так важно, получали ли авторы фильма "Крысы или ночная мафия" (1991 год) Юрий Музыка и Евгений Васильев какие-то указания о том, как правильно снимать такие сцены или нет. Думаю, что, конечно же не получали. Но сути это совершенно не меняет.

Итак, как на микроуровне выглядела кампания по развалу государства? Берется "боевик". Ну, чернуха конечно: освобожденный после отбывания срока за убийство насильника детдомовец (чувствуете, какой дискурс?) возвращается в родной город и устраивается работать водителем такси. У таксопарка есть "крыша", но детдомовец "терпилой" быть не хочет. На этом фоне развивается чудовищно тупой сюжет, идиотские диалоги, и третьесортные трюки с погонями на мотоциклах за такси. Ну, и разумеется богатая панорама псевдоблатной лексики, манер поведения и так далее. Ужасно скучно.

Но вот в начале второй половины фильма герой возвращается в дом, где он снимает комнату у старика-водителя, и произносит потрясающий монолог. Оказывается, в том, что таксопарк "крышуется", виноват Сталин. Денацификация Германии проведена, а где же десоветизация Советского Союза? Произнеся эту пламенную речь, герой встает и снова идет гоняться за рэкитирами-мотоциклистами в черных курках из кожзаменителя.

В этом жесте и было произведено снятие ответственности. Как Христос страдал за грехи всех людей, так и Сталин оказался виноватым во всех наших бедах. Нам уже ничего не нужно было делать, только отречься от прошлой жизни и войти в сияющий рай магазинов, полных джинсов и колбасы.



А это режиссер картины Юрий Георгиевич Музыка.