?

Log in

No account? Create an account
inchief

kmartynov


равновесие с небольшой погрешностью


Категория: философия

опасный философ карл вайцзеккер
inchief
kmartynov

В конце войны большая часть немецких физиков, работавших над атомным проектом (Uranprojekt) нацистов, была взята в плен американцами. Американская и британская разведка специально охотилась за этими учеными, среди которых был Вернер Гейзенберг, Отто Ган, Карл Вайцзеккер и другие. Задача американцев состояла в том, чтобы доступ к знаниям об Uransache не получили русские и французы. Монополия на бомбу должна была остаться у англосаксов, тем более что именно они уже обладали к этому моменту работающими атомными технологиями. Ирония момента заключалась в том, что Гейзенберг и компания не догадывались о том, насколько далеко продвинулись американцы в рамках Манхэттенского проекта. Они считали себя носителями уникального знания, представителями передовой, самой лучшей в мире германской науки (в самом деле, если бы не Гитлер, языком знания в XX веке вполне мог бы остаться немецкий). В их глазах им не было равных. Немцы считали себя, соответственно, невероятно ценным приобретением для американцев и готовились о долгих переговорах об условиях сотрудничества. Многие к тому моменту обнаружили в себе пацифистов, и более-менее всем было ясно, что случится с миром, где только одна страна владеет самым совершенным в истории человечества оружием.

j__robert_oppenheimer_by_hirnverbrannt-d4g2okw (1)

Отец бомбы, Роберт Оппенгеймер

Десять немецких физиков были задержаны в рамках операции «Эпсилон» в мае-июне 1945 года и после небольшого, почти туристического путешествия по Европе, включающего в себя посещение Реймского собора, были вывезены в Фарм-Холл, находящийся в Англии, недалеко от Кэмбриджа. Здесь они вели пасторальную жизнь в доме, набитом прослушивающими устройствами. 6 августа радио сообщило о бомбардировке Хиросимы. Первой реакцией немцев было недоверие и даже ирония. Американцы не могли создать атомную бомбу без их помощи, если на это оказалась не способна сама немецкая наука, то значит это было невозможно в принципе. Гейзенберг сначала решил, что американцы взорвали очень тяжелую обычную бомбу, которую они в пропагандистских целях назвали атомной. После новых более подробных сообщений по радио физики начали приходить в себя. Как разработчики самого опасного оружия и ключевой технологии XX века, атомного реактора, они оказались посредственностями. Более того, им нечего предложить американцам, а тем не о чем с ними торговаться. Наступила ночь физиков: взаимные обвинения, рессентимент, сожаления о том, что все могло бы быть иначе, попытки самооправдания, нервные срывы.

Физики, судя по всему, в первую очередь переживали свою некомпетентность, а не жертвы Хиросимы.

german bomb

В 1993 году стенограммы бесед физиков в Фарм-Холле были опубликованы. Документы показывают, как далеко готовы зайти умные люди в попытках придумать удобное объяснение. Вайцзеккер, самый молодой член команды, бывший ассистент Гейзенберга, рассуждал о том, что немцы в действительности никогда и не стремились делать бомбу, но только реактор (Machine), и что физики сознательно саботировали работу над оружием. Уже в 90-е восьмидесятилетний Вайцзеккер признается, что, возможно, это было ложью. В свои тридцать он думал, что появление в руках у ученых такого мощного аргумента как бомба заставило бы Гитлера прислушиваться к их мнению и изменить курс войны. Вайцзеккер мечтал о мирной конференции с французами в Ахене, древней столице Карла Великого. Нет нужды говорить о том, что этот коктейль из теоретической физики, военных технологий и социальной теории оказался неразрешимым и просто бредовым. До немцев никто не сталкивался с проблемой такого рода.

Carl_Friedrich_von_Weizsaecker

Карл Вайцзеккер, мечтавший управлять Гитлером при помощи бомбы

Барон Карл Фридрих фон Вайцзеккер происходил из влиятельной немецкой семьи и был доцентом философии. В двадцать лет он долго не мог выбрать, учиться ли ему на физика и на философа, и в итоге решил двигаться по обоим путям. В начале войны он преподает в «Рейхсуниверситете Страсбурга» — чрезвычайно примечательном, выставочным университете нацистской Германии, открытом в 1941 году в Эльзасе. Там Вайцзеккер трудился под руководством декана Эрнста Анриха, известного историка и национал-социалиста. На соседнем медицинском факультете была собрана крупнейшая коллекция в области расологии — заспиртованные останки, свидетельствующие о дегенартивной природе еврейской расы. Он знаком со всеми ключевыми мыслителями своего поколения и рассуждая о своим сотрудничестве с Гитлером и даже попытками влиять на него, естественно, вспоминает о Хайдеггере. В 1939 году Вайцзеккер, осознав возможность военного применения цепной реакции, т.е. придумав идею бомбы, наносит спешный ночной визит своему другу философу Георгу Пихту. Вместе они формулируют выводы из этого открытия, сделанные вполне в духе аналитической позитивистской традиции ясности:

1) Если атомные бомбы возможны, то кто-то их изготовит.

2) Если бомбы будут изготовлены, то найдется тот, кто их применит.

3) Если дело обстоит так, то перед человечеством стоит выбор: либо оно откажется от института войны, либо уничтожит себя.

Вайцзеккер, которого американцы считали руководителем нацистского ядерного проекта, и который на самом деле им не был, все же легко может претендовать на статус самого опасного доцента философии в истории. Интересно, что, с другой стороны, именно излишняя отстраненность всех лидеров проекта привела к тому, что бомба в итоге не была создана, и немцы находилось очень далеко от решения этой задачи к 1945 году. Команда Гейзенберга и Гана состояла из блестящих теоретиков, имевших мало опыта в экспериментальной физике, промышленных технологиях и административной борьбе за ресурсы. Достаточно сказать, что немецкий ядерный проект курировался министерством образования.

Философы по своей безалаберности спасли мир от нацистской ядерной бомбы. Вспомним, что Гейнезберг тоже интересовался философскими вопросами. Все благодаря респектабельности нашего ремесла в Германии XX века.

Письмо Юргена Хабермаса к 90-летнему юбилею Карла Вайцзеккера.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


жижек всё
inchief
kmartynov

t2quKyzfQ1U

Жижека за последние годы на русском языке издали страшное количество, это коммерческий товар. В отличие, кстати, от скучной академической философии, которая остается чаще непереведенной и неизвестной местным мыслителям (спроса в Москве со стороны шибко умных хватает только на Жижека). Каждый следующий том становился событием. Я видел, как на одном книжном фестивале на стенде издательства “Европа” висело объявление “В продаже имеется свежий Жижек”. Я представлял, как знакомый продавец вылавливает свежего Жижека из цистерны большим сачком и отдает на вес людям. И вот все это стухло.

Это стало ясно, когда очередного Жижека издали в Екатеринбурге в издательстве “Гонзо”. Речь идет о сборнике статей под заголовком “Киногид извращенца”, одноименном с соответствующим фильмом. Здесь Жижек делает все то же самое, что и раньше, и также хорошо. Но это не имеет никакого значения, потому что каждый теперь сам себе Жижек. Жижек научил нас препарировать массовую культуру, имея в качестве скальпеля Маркса, в качестве зажима Гегеля и в качестве тампона Фрейда. Этот Жижек больше не нужен.

В книге есть несколько новых статей, например, заметка Жижека о Тарковском, но проблема в том, что каждый может сесть, и написать несколько эссе на тему “Что бы Жижек наш сказал о Тарковском”, и не окажется совершенно уж не прав. Сбылась мечта аналитических философов — о создании робота-Спиршейка, который пишет пьесу “Спамлет”, которая ничем не хуже “Гамлета”, как мы его знаем, даже если чуть другая.

И получается, что главный текст в “Киногиде извращенца” написан не Жижеком, а доцентом факультета философии НИУ ВШЭ Александром Павловым. Павлов поступил с Жижеком как Михайлов с Хайдеггером. Рассказал о его первой книге, показал, как Жижек вырос, как у него отросли рефлексивные ручки, клешни и усики, как он был, наконец, признан сообществом в качестве авторитетного киноведа. Существуют, поясняет Павлов, уже и журналы по жижековедению. И все статьи написаны, все кофе-брейки на конференциях проведены.

Жижек всё // The Vyshka

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


техноненависть или как полюбить сейфы
inchief
kmartynov

img_20140506_165929-1050x953

- Такой вещи как интернет просто не существует, — говорит молодой человек в очках, развалившийся на диване. Это не очередной провинциальный гуру, а, наоборот, респектабельный и в меру популярный американский журналист Евгений Морозов, выходец из Белоруссии, который к тридцати годам сделал себе отменную карьеру публичного интеллектуала — история сама по себе достаточно захватывающая.

Обе книги Морозова не переведены на русский язык. Я наводил справки: некоторые российские издатели выкупили на них права, но пока ничего не опубликовали. А время, между тем, тут летит быстро: никто не знает, какие войны новых луддитов с солюционистами развернутся завтра. Поэтому очень здорово, что первая публикация Морозова в России все-таки состоялась усилиями партизанского анархического издательства Common place, сотрудничающего с легендарным магазином “Фаланстер”.

“Техноненависть” составлена из 11 статей Морозова, опубликованных в последние годы в ведущих американских изданиях, редакторского послесловия и рецензии Дмитрия Ракина, опубликованного год назад на моем сайте mnenia.ru. В целом как раз то, что нужно современному читателю: формат фаст-ридинга высокой умственной емкости. Первая статья тут, к примеру, посвящена тому, как мы проследуем в обратном пути по сравнению с Буддой Гаутамой, в цифровой дворец улучшенной реальности, где умные очки или контактные линзы будут ретушировать для нас в реальном времени все некрасивое в окружающей городской среде (например, бомжей). В сборник вошла и моя любимая статья Морозова “Смерть киберфланера”, рассказывающая об изменениях нашего отношения к интернету по аналогии с судьбой фланера — одинокого городского наблюдателя, появившегося и погибшего в позапрошлом веке.

Повсеместная рационализация жизни города превратила фланерство в подпольное увлечение, вынудив многих его подвижников предаться “внутреннему фланерству”, вершину которого представляло добровольное отшельничество Марселя Пруста, закрывшегося в своей комнате, обитой пробковым деревом для лучшей звукоизоляции”.

Морозов, несмотря на свой скепсис в отношении интернета, ведет весьма примечательный твиттер, в котором он шутит, например, про Эрика Шмидта (Google) и Карла Шмитта (политическая философия, Третий Рейх). Я знаю только один похожий проект: компанию Морозову составляет филолог-германист Эрик Яросински, более известный как @NeinQuarterly (читайте заметку о Яросински в The New Yorker, это, кстати, еще и интересный пример рефлексии традиционного СМИ о новых медийных форматах) . Вместе они одно время устраивали у меня в ленте настоящий карнавал на тему критической теории, философии языка и теории интернета, но в последнее время Морозов реже появляется в социальных сетях.

The Вышка

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


семь фактов про аналитическую философию сознания
inchief
kmartynov

1

Аналитическая философия сознания – это масштабный интеллектуальный проект, начатый во второй половине 20-го века в рамках англо-американской философии. Задачи, которые ставили перед собой исследователи, заключались в том, чтобы ясно и отчетливо ответить на несколько hard problems: что такое «Я», почему я вижу мир именно таким, как мое видение мира соотносится с реальностью-существующей-на-самом-деле, почему мы приписываем сознание другим людям и так далее. Вместо того, чтобы атаковать эти вечные высоты в лоб, аналитические философы оттачивали изощренную аргументацию и придумывали нетривиальные аналогии. Часть этих техник стала известна как мысленный эксперимент – и на этой интеллектуальной культуре выросла вся академическая Америка.

Томас Нагель «Что все это значит? Очень краткое введение в философию». М., 2002.

2

Для англоязычного ума философия – это в первую очередь обмен аргументами. Хороший философ тот, кто придумывает много убедительных аргументов, и делает это быстрее, чем оппонент. Философия похожа на судебный процесс, на котором председательствует истина. И это не имеет ничего общего с риторическими позами континентальных философов, предназначенных для бесконечных монологов. Философская аналитика пустила глубокие корни в американских университетах. Там все знают, кто такой Витгенштейн. Впрочем, знакомиться с аналитической философией сознания нужно совсем не только для того, чтобы говорить на одном языке с заокеанскими коллегами.

Людвиг Витгенштейн «Философские исследования». АСТ, Астрель, 2011.
Д. Эдмондс, Дж. Айдиноу «Кочерга Витгенштейна. История десятиминутного спора между двумя великими философами». М., 2004.

3

Крупнейший прикладной проект, выросший из проблематики аналитической философии сознания, – это современная теория искусственного интеллекта (ИИ). Когда первые компьютеры заменили собой группы математиков, выполняющих сложные военные расчеты, самые любопытные уже спрашивали себя: а не может ли появиться такой компьютер, который заменит человека и в других областях интеллектуальной деятельности? И дальше: а что это такое, интеллектуальная деятельность, чем она отличается от неинтеллектуальной. Что, в конечном счете, значит мыслить? Пионером любопытных стал гениальный ученый Алан Тьюринг, известный сегодня каждому благодаря своим «машинам» и «тесту». Его последователи и оппоненты создали восхитительный корпус текстов, посвященных человеческому нарциссизму и самобичеванию. Теоретически вопрос открыт до сих пор, зато системы искусственного интеллекта конструируются вовсю – мечта Тьюринга о компьютере-шахматном чемпионе сбылась, а вот другие задачи, например, победа машины над мастерами игры в го, так и остается нерешенными. Жизнь вокруг искусственного интеллекта продолжается.

Алан Тьюринг «Могут ли машины мыслить?».АСТ, Мидгард, 2004.
Джон Серл «Мозг, сознание и машины» Minds, Brains, and Programms, 1980.

4

Второй выход в свет аналитической философии сознания, о котором стоит упомянуть, – это история о том, как философы попали в экономику и социальные науки в целом. Классическая экономическая теория строилась вокруг красивой, но не слишком правдоподобной теории рационального выбора, согласно которой участник рыночных отношений склонен стремиться к «максимизации полезности». Новая институциональная экономика, разрабатываемая в последние десятилетия, оспаривает этот тезис, и утверждает, что социальное знание должно обладать более точной моделью человеческой психики, включающей в себя описание реальных механизмов мотивации, принятия решения и оценки ситуации. То есть экономическая теория должна включать в себя ответ на вопрос «что такое „Я“». Именно поэтому в трудах нобелевского лауреата Дугласа Норта можно встретить главы об интенциональности сознания. То же самое происходит в политической науке, социологии и праве. Язык аналитической философии сознания пришелся современным исследователям в жилу.

Дуглас Норт «Понимание процесса экономических изменений». М., 2011.

5

Очень много вещей в современной аналитической философии сознания похожи на высококлассный американский sci-fi. Например, мысленный эксперимент «Мозги в бочке» за авторством Хилари Патнема выглядит как естественнонаучная фантазия на тему «Матрицы». На самом деле, конечно, все наоборот: это «Матрица» была импровизацией, построенной вокруг платоновской пещеры. Также хорошо известна история с «зомби», придуманная Чалмерсом. Сходство с научной фантастикой не случайно: оба жанра ставят парадоксальные вопросы о природе личности, восприятия и морали. У аналитической философии сознания это получается короче и глубже.

Хофштадтер Д., Деннет Д. «Глаз разума». М., 2003.
Хилари Патнем «Мозги в бочке» (в книге «Разум, истина и история»). М. : Праксис, 2002.

6

К основным минусам аналитической философии сознания следует отнести, во-первых, то, что большинство теоретических результатов и вообще идей в аналитической философии сознания были получены в 60-90-ых годах прошлого века. Сейчас аналитические философы в основном продолжают уточнять аргументы, либо впадают в различные формы скептицизма (включая, пожалуй, наиболее примечательный, известный как элиминативизм, согласно которому проблема сознания как таковая отсутствует, а нейронаука со временем во всем разберется сама), либо склоняются к эмпирическим исследованиям в области смежных научных дисциплин, например, в эволюционной психологии. Вероятность появления важных теоретических идей в самой философии сознания, скорее всего, невысокая, хотя и ненулевая.

Philosophy of Mind. Classical and ContemporaryReadings. Ed. by D. Chalmers, 2002.

7

Аналитическая философия сознания совершенно непереводима на русский язык. Беда не в том, что за десятилетия работы философы в США придумали термины, которым нет даже приблизительных аналогов в русскоязычном научном словаре. Это можно было бы решить при наличии желания читателей, авторов и переводчиков. Проблема как раз в отсутствия в России этой ученой публики. Вся аналитическая философия сознания в мире англоязычная, в России в этой сфере работает всего около десяти серьезных специалистов, и писать сегодня на русском языке о сознании – значит плыть против течения. Аналитическая философия непереводима в социальном смысле слова. Если хотите заниматься ею профессионально, вас ждет, например, Австралия.

Аналитическая философия: Становление и развитие (антология) / Общ. ред., сост. и вступ. ст. А. Ф. Грязнова. — М., 1998.

Постнаука / FAQ

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


десять мысленных экспериментов
inchief
kmartynov

Хороший материал в “Русском репортере”, знакомящий читателя с примерами работы современной аналитической философии. Ее метод – это изобретение аргументов, а ее цель состоит в проблематизации вещей, которые иногда кажутся нам излишне очевидными. История с мысленными экспермиментами демонстрирует, что философия не умирает, несмотря на многочисленные пророчества, поскольку человеку еще есть чему удивляться.

Единственное – не стоит слишком серьезно относится к комментариям автора статьи в разделе “философский смысл”, поскольку смысл, чаще всего, не совсем в этом.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

кант как подростковый философ
inchief
kmartynov

Обычно Канта преподают как гранитную скалу, высеченную молотом терминологии. Вероятно, он вполне заслуживает такого отношения, беда только в том, что в результате никто ничего не понимает. Кант не цепляет, и мы проходим мимо без всяких остановок. В то же время кантианство остается сердцевиной или, лучше сказать, квинтеэссенцией западных ценностей, нашего образа мышления и жизни. На границе тысяч восточных деспотий стоит сухой старик и держит марку.

Короче говоря, неправильно, чтобы Кант не цеплял.

Поэтому я использую следующую лазейку. Студентам, конечно, нужно читать “Критику чистого разума”, но она всех приводит в закономерный ужас.

А вот если сначала обсудить то, что он излагает на первой странице “Что такое Просвещение?”, то становится понятным, что Кант вполне такой подростковый философ, призывающий бунтовать против авторитетов и думать своей головой.

Портрет Канта вообще должен висеть на стене у каждого юноши, как в моем отрочестве на стенах висели портреты Брюса Ли. Когда кто-то предлагает тебе не думать, посмотри на Канта, и не верь этим людям.

Дальше остается пригласить публику в “Критики”, обещая им ответ на страшную загадку. На что же способна своя голова и где границы ее возможностей?

Ну и заодно убивается школьный образ Просвещения как группы скучных напудренных стариканов, борющихся с далекими и мертвыми мракобесами.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.

Метки:

философия видеоигр в мфк
inchief
kmartynov

В рамках подготовки университетского спецкурса по видеоиграм первая встреча, посвященная этой теме на площадке МФК. Приходите!

Там есть огромное количество неисследованного контента, касающегося социальных, политических, эстетических и экономических аспектов видеоигр.

Страница мероприятия в Facebook.

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


философ натэлла, профессор корявко и экономическая аксиоматика по сведенборгу
inchief
kmartynov



Прекрасная завораживающая фотография, отражающая самые загадочные стороны русской души. Собираются люди, сидят под надписью “СУБЪЕКТ”, некоторые спят, другие грустят, а философ Натэлла Сперанская (в центре, сфера научных интересов – “Жестокий театр” и “Традиционализм”, не замужем) читает что-то по бумажке. Там где-то еще рядом пробегал доктор Дугин, но он отчего-то не попал в кадр, присутствуя, надо полагать, с троицой незримо, как бы благословляя ея.

Мне вообще нравятся крупные города тем, что в них есть разные фрики, на любой вкус. Считаю, что такие мероприятия под председательством философа Натэллы Сперанской должны проходить в обязательном порядке. Впрочем, вообще-то это была научная конференция под названием “Против постмодернистского мира”, организованная Курским институтом менеджмента, экономики и бизнеса (МЭБИК). Москва многое теряет, как обычно, под натиском подлинной духовности.

Научная конференция прошла с большим размахом:

Первое пленарное заседание началось с доклада заведующей кафедрой философских и социальных дисциплин МЭБИКа проф. Г.Е. Корявко на тему “Постмодернизм: кризис сознания или новая реальность?”, в котором она показала всю сложность и глубину данной проблематики.,

а также

О развитии точных наук в ХХ веке с позиций христианской апологетики выступил проф. Самарской гуманитарной академии Г.А. Калябин, выразив обеспокоенность атеистической направленностью преподавания естественных наук. Плюрализму мировоззрений и уникальности христианства посвящен был доклад занесенного в книгу “Who is Who in the World” проф., докт. физ.-мат. наук Киевского государственного университета В.С. Ольховского. Своим практическим опытом работы со слушателями поделился московский психолог-консультант радио “Теос” М.Н. Телепов.,

и наконец

Присутствовавшие познакомились с докладом проректора по научной работе МЭБИК Н.Д. Кликунова, выступившего в рамках современной экономической аксиоматики с изложением модернизированной концепции Э. Сведенборга. Н.Д. Кликунов указал на то, что Бог всемогущ и всеблаг в том смысле, что позволяет всем и грешникам, и святым, в нашем традиционном понимании, находить свое счастье.

Ни у кого случайно нет записей этих сенсационных докладов?

Originally published at kmartynov.com. You can comment here or there.


эволюционные основания практической философии стоиков
inchief
kmartynov
Напоминаю, что в среду 1 декабря у нас в Гостином дворе состоится мой семинар:

Стоицизм 2.0: эволюционные основания практической философии стоиков


Стоицизм как метод практической философии был фактически забыт на протяжении большей части Нового времени. Он возникал лишь в качестве фона рассуждений о счастливой жизни у некоторых мыслителей, таких как Декарт и Спиноза. Со времен Канта философия и вовсе превратилась в доктринальное учение, интересное лишь профессорам, работающее на кафедрах. Однако сегодня интерес к философии как живой практике вновь растет. Появляются новые стоики - наследники аналитической философии, видящие в стоицизме рациональную и даже физикалистскую альтернативу религии (в частности, буддизму) и духовным практикам, популярным в XX веке.




Время проведения: 1 декабря, 19-00
Место проведения: Гостиный двор, аудитория 303 (бизнес-центр Капитал)
Организатор: Кирилл Мартынов
Карточка события на сайте Московского философского колледжа

Регистрация на курс

Основные сюжеты семинара:

- Что означает быть стоиком сегодня?
- Чему учат современные стоики, опираясь на корпус классических текстов римских авторов, Сенеки, Марка Аврелия и Эпиктета?
- Может ли философия изменять жизнь людей и делать ее более счастливой?
- Должны ли мы контролировать свои эмоции?
- Как этическая доктрина стоиков интегрируется в современную картину мира?
- Можно ли заменить религию рациональной практической философией?
- Как стоик поведет себя, если...

колбаса гегеля
inchief
kmartynov


С колбасой Дитер Рот тоже много работал. Он измельчил в крошку двадцатитомное собрание сочинений философа Гегеля, смешал бумагу с салом и сделал колбасу: двадцать батонов висят в два ряда. Внутри колбасы хорошо видны буковки.
Андрей Горохов "Музпросвет", с. 229.

онтология мобильного телефона
inchief
kmartynov


Маурицио Феррарис "Ты где? Онтология мобильного телефона". М., НЛО, 2010.

Книга Феррариса, к сожалению, бесконечно устарела. Она является полной репрезентацией того, чем сегодня является европейская философия: тут есть предисловие Эко и бесконечные ссылки на Деррида, с которым Феррарис был на короткой ноге. Все крутится вокруг того, что мобильный телефон - это антропологическая инновация, которая не имеет ничего общего со стационарным телефоном. Вопрос "Где ты?" (о, я знаю значение этого вопроса очень хорошо) немыслим в формате стационарного телефона, когда берущий трубку на том конце провода автоматически обозначает свое присутствие в данном конкретном месте. Но главное состоит в том, что мобильный телефон создан не для устной речи, но для письма. По мнению Феррариса, мобильные телефоны в конечном счете трансформируются в универсальные регистраторы всего, написанного нами и для нас, совместят в себе кошелек, банковскую карту, записную книжку, дневник и так далее. Эти мысли достаточно поверхносты, доступны не слишком одаренному мыслителю, хотя сама тема весьма достойна и обращение к ней заслуживает одобрения.

Но первая проблема европейской философии - это печальное отсутствие воображения. Палеонтологи, которые путешествуют в поисках своей внутренней рыбы, по арктическим островам, исследуют останки обитателей древнего океана, чтобы понять, как устроен человек, в этом смысле гораздо более изобретательны и близки к мышлению, а не его симуляции.

фюрер защищает право
inchief
kmartynov


Карл Шмитт Государство и политическая форма. М.: Издательский дом ГУ-ВШЭ, 2010.

Сильно заматеревший критик Ветерков научился вполне достоверно изображать из себя культурного человека. Вот почитайте его рецензию на Шмитта, изданного в новой университетской серии ГУ-ВШЭ:

В этом смысле сборник «Государство и политическая форма» может с одной стороны рассматриваться и как провокация, и как попытка к некоему примирению. С одной стороны, в сборник вошла такая работа, как «Учение о конституции» (фрагментом), вполне нейтральный и академичный текст. С другой стороны, одна из самых известных и самых скандальных (из пространства «после 1945-го») статей автора — «Фюрер защищает право».

Понятно, почему «провокация». В «Фюрере...» Шмитт некоторым образом развивает идеи, которые широко представлены в его «Диктатуре», исследовании посвященном отношению права и власти. Статья, написанная в 34-ом, обосновывает верховенство права фюрера над прочим, в том случае, когда дело касается спасения Государства. Вероятно, «Фюрер защищает право» и самая скандальна, и самая ошибочная статья Шмитта, т.к. небрежение «обычным» правом в пользу права фюрера в итоге Германию не спасло, а погубило. Этот вердикт вынесли даже не российские философы, а сама история.

Именно поэтому публикация этого текста в сборнике ВШЭ рядом с серьезным исследованием Шмитта может быть оценена достаточно радикальной и при этом наивной формулой: «Ошибка возможна». Безапелляционность и категоричность текстов Шмитта даже на чисто стилистическом уровне не позволяет допустить возможность его ошибки и из-за этого (может и у самого Шмитта) формирует дискретное отношение к авторской философии. Идти на поводу у «стилистики» дело неблагодарное и совершенно наивное, но в политике привычное: Шмитт либо не прав во всем, т.к. нацист, либо прав во всем, т.к. юрист. Два совершенно разных текста под одной обложкой развеивают это заблуждение.


Они сметают нас с лица земли.

анонсенс вчера
inchief
kmartynov
Вчера после встречи с прекрасными студентами отделения менеджмента, на которых ЕГЭ повлиял кажется еще благотворнее прочих - уровень сильных групп резко вырос - я приехал в Гостиный двор, где к тому времени уже несколько часов шла презентация художественной кинокартины "Летописьки" великого русского философа Саши Алексеева и примкнувшего к нему членов группы "Анонсенс". Саша меня узнает и, вероятно, от удивления даже начинает издавать какие-то членораздельные звуки, но мы с ним не здороваемся. Суть конфликта, имевшего место лет пять-шесть назад я уже не помню, поскольку с тех пор формы моего существования стали, к сожалению, гораздо разнообразнее, и социальная действительность для меня отныне не сводится к группам философствующих приматов.

Алексеев аутичный, инфантильный и с публичными признаками гениальности, по крайней мере, ведет он себя соответствующим образом - вероятно, читал о гениях в книжках. Он что-то вроде моего интеллектуального дядюшки, я и отношусь к нему соответствующим образом: дядюшка с самого начала был слегка не в себе, а в последние годы начал ходить под себя, да и бог с ним. Главное - вовремя вырасти из этого формата. Формата философского квартирника, который никогда не высовывает носа в большой страшный мир, никогда ничего не публикует, вообще не подает признаков жизни, а только встречается со старыми друзьями раз в неделю в квартире в Кузьминках и борется там со скукой мира.

Анонсенс в публичном месте смотрится вдвойне нелепо и даже бессмысленно. Шутки Саши Алексеева, не обутого в тапочки, все равно выглядят провинциально. И вчера краем уха послушал около часа дискуссий вокруг новейшего "философского фильма" Анонсенса, испытав острое чувство жалости. Люди могли что-то делать, хотя бы учить студентов, как это делал мой "интеллектуальный папа" Дмитриев, но вместо этого прожили жизнь незаметно, около дивана. Аутичность или банальная лень? Я не знаю, но дискуссия всегда начинается с листа, с опрощения, непременно касается вопроса, что такое философия. От дискуссии остается впечатление аспирантского капустника: ребятам явно хочется поговорить, но о чем говорить они не знают, фразы строятся невнятно, никогда не заканчиваются, а разговор, однажды начавшись, тоже никогда не завершается, и не имеет никаких итогов. Я не имею в виду какие-то "результаты" или "аналитичность". Я имею в виду, что трудно всю жизнь протоптаться понуро в пустоте. Но - некоторые из "Анонсенса" все-таки смогли это сделать. Они не заметили мира перед собой, не выслушали других людей. Если Саша Алексеев читал книгу, она становилась для него Альфой и Омегой, началом его мышления и концом. И каждая следующая книга открывала новый повод повторять одни и те же слова.

В моем представлении философия - это дерзкий подонок, который бежит впереди человеческой цивилизации и щекочет ей нос: - А это что у вас тут? А вот это зачем? А куда это все вы идете? А что вы собираетесь делать дальше? А что вы вообще можете знать? На что надеяться?

Для Саши Алексеева философия это обоз, который плетется в хвосте культуры, подбирает за ней крошки, делает "как в книжке", делает "как у гениев", жрет крошки, срыгивает и лепит из блевотины маленьких смешных лысых человечков - философов.

интернализация целей
inchief
kmartynov
Вслед за негативной визуализацией римские стоики предлагали своим ученикам обратить внимание на фундаментальное различие двух классов вещей: тех, которые мы в состоянии изменить, и тех, которые происходят, несмотря на наши усилия. С этого различия Эпиктет начинает свои "Беседы": существует то, что зависит от нас, и существует то, что от нас не зависит и беспокоиться о чем, таким образом, бессмысленно.

В простейшем случае имеет смысл волноваться о том, чтобы внятно излагать свои мысли, когда пишешь текст для блога, но совершенно бессмысленно переживать насчет того, попадет ли он в "топы". Нужно беспокоиться о том, чтобы жить правильно и разумно, но нет никаких причин надеяться на то, что другие люди оценят ваши стремления. Слава, почет и богатство являются приятными и стоик охотно принимает их, но никогда не стремится к ним - это не зависит от него самого, а потому является иллюзией. По тем же причинам, разумеется, не имеет смысл беспокоиться о смерти и конечности нашего существования - по крайней мере настолько, насколько мы не в силах изменить этого положения вещей.

Таким образом, Эпиктет предлагает строить наши поступки, исходя из этой "дихотомии контроля". Но это только первая часть истории. В реальности вещи очень редко делятся строго на те, которые мы полностью контролируем, и те, которые мы не контролируем вовсе. К первым в основном относится наша способность полностью контролировать собственные цели и ценности - это очень важный, фундаментальный для стоической философии пункт. Именно к формированию правильных целей в конечном итоге сводится этическая программ школы.

Так вот, реальность в основном состоит из вещей, на которые мы можем оказать некоторое влияние, иногда слабое, иногда сильное, но почти никогда не дающее гарантии итогового результата.

Представим себе, что мы ведем войну. И наша задача состоит в том, чтобы в этой войне победить. Ясно, что решение этой задачи не зависит целиком от наших усилий. Мы не можем утверждать, что мы контролируем победу. Но мы также не можем сказать, что победа не зависит от наших усилий. Что делает в этой ситуации стоик?

Он не отказывается от активных действий. Он лишь утверждает, что для того, чтобы избежать негативных эмоций, страха, ярости и разочарования, нужно в ситуации неполного контроля над ситуацией правильно выбирать цели. В случае с войной цель состоит, строго говоря, не в победе, а в ведении войны самым лучшим образом. В случае с игрой в футбол задача стоика будет состоять не в том, чтобы выиграть. Его задача будет в том, чтобы как можно лучше играть в футбол. И так далее. В случае, когда стоик развивает карьеру, он не делает своей целью получение повышения. Его цель - делать свою работу наилучшим образом.

Эта психологическая техника называется интернализацией целей. Мы отказываемся от преследования тех целей, которые не зависят полностью от наших усилий, и целиком сосредотачиваемся на том, что зависит только от нас. Тем самым мы избавляемся от страданий и экономим множество времени, которые в ином случае потратили бы на переживания и нытье.

Именно этот подход позволял стоикам занять уникальное место в истории мысли: они совмещали тезис о достижимости абсолютного бесстрастия с самой активной политической и общественной жизнью. Для того, чтобы жить в мире с самим собой и миром, утверждали стоики, нет нужды становиться аскетом-отшельником. Напротив, задача состоит в том, чтобы сочетать успешную деятельность и внутреннее бесстрастие.

виды духовности
inchief
kmartynov
Liberty.ru
Книжный клуб Liberty.ru и Московский философский колледж проведут открытый семинар: "Есть ли философия у доктора Хауса? Есть ли аудитория у философов?"

Книжный клуб Либерти и Московский философский колледж представляют: открытый семинар "Есть ли философия у доктора Хауса? Есть ли аудитория у философов?", посвященный выходу на русском языке книги "Хаус и философия: Все врут!" Семинар состоится 2 марта в помещении редакции Liberty.ru читать далее



В ходе подготовки к завтрашнему семинару по доктору Хаусу и его философии я сделал удивительное открытие. Началось все с того, что мне не удалось найти ни одного врага доктора, то есть такого человека, который вышел бы на трибуну в белых штанах с заявлением о том, что всякие там американские сериалы никакого отношения к философии не имеют и иметь не могут, и что вообще все это бездуховность и суета, а настоящая философия - она про Хайдеггера.

Десять лет назад такой проблемы невозможно было бы себе представить. Тогда не было ни одного идиота, который отважился бы искать в массовой культуре философские содержания. А уж рассказать о том, что такое настоящая философия (и что она про Хайдеггера, само собой), желающие выстроились бы в очередь. И слушатели у таких орлов тоже всегда находилист. А сейчас что?

Я обзвонил всех своих знакомых философов. И все в один голос говорили, что вот раньше они знали несколько духовных личностей, но в последние годы контакта с ними как-то нет. Американские сериалы вытравили русский дух даже из философии!

Но это только половина правды. Если посмотреть вокруг себя более внимательно, то духовность все-таки можно обнаружить. Честно говоря, ее тут даже до задницы. Просто она лежит низко-низко.

Мудрый Кралечкин по этому поводу заметил, что духовность бывает двух видов: мобилизованная и немобилизованная. Немобилизованной духовности в России по-прежнему сколько угодно. Она разлита в воздухе, журчит в воде, выпадает на диваны. А вот с чем у нас действительно дефицит - так это с духовностью бодрой, подтянутой, готовой бросаться на прохожих и пускать поезда под откос. Ну или, по крайней мере, выбраться на семинар. На ум сразу приходит один только диакон Кураев, но его, как раз, приглашать было не интересно. Заранее известно, что он скажет: доктор Хаус православный.

Точный порядок выступлений мне пока не известен. Надеюсь, что будут представители издательства Альпина Бизнес Букс, которые привезут наконец-то мешок с книжками, и их можно будет купить. Самая главная новость: психопатологическое прочтение сериала на семинаре предложит легендарный Кирилл Журавлев.

Вход завтра принципиально свободный.

дзен-сенека
inchief
kmartynov
Долгое время меня волновал дзен-буддизм, и я воображал, что более тщательное изучение его в контексте моего исследования позволит мне стать новообращенным адептом. Однако затем я к своему удивлению выяснил, что стоицизм и дзен разделяют некоторые общие идеи. К примеру, обе традиции
настаивают на том, что важно помнить о преходящей природе окружающего нас мира, а также управлять своими желаниями настолько, насколько это возможно. Они также советуют нам стремиться к бесстрастию и дают конкретные указания о том, как добиваться и сохранять его. А дальше я понял, что стоицизм больше подходит моей аналитической природе, чем дзен. И в результате я, к своему восхищению, обнаружил себя обдумывающим идею о том, уж не стать ли мне практикующим стоиком вместо практикующего буддиста.
William Irvine A Guide to the Good Life

Довольно забавно, конечно. Серия публикаций по практическим аспектам античной философии напоминает увлечения европейцев и американцев восточными практиками лет пятьдесят назад. Но у стоиков есть несколько преимуществ. Во-первых, мы способны понимать и усваивать основные термины, которые они использовали. Во-вторых, они были одним из самых мощных интеллектуальных течений в истории Римской империи, государственная практика которого стала фундаментом нашей западной цивилизации. Одна из самых интересных в этом контексте вещей для меня - это образ стоика - имперского чиновника, совершенно непробиваемого с точки зрения возможного подкупа. Ну и в третьих, стоицизм допускает интерпретацию, которая полностью исключает мистические и религиозные элементы. Собственно, именно созданием такой интерпретации, погруженной в онтологию научного натурализм, занимается в New Stoicism Лоуренс Бекер.

Кто автор Бесконечного тупика?
inchief
kmartynov
Летом мной была проделана небольшая работа по сбору информации о "Бесконечном тупике", тексте, авторство которого обычно приписывают Дмитрию Галковскому. Не скрою, что интерес к этому проекту вызван не моей личной инициативой, а наличием определенного заказчика. А потому, говорить о всех собранных фактах пока преждевременно, они будут переданы заинтересованной стороне, которая и будет определять, как использовать их в дальнейшем.

Однако кое-чем я могу поделиться и сегодня. Базовая проблема, с которой мне пришлось столкнуться, взявшись за эту работу, состоит в наличии глубокого, неустранимого и прямо-таки шокирующего разрыва между качеством текста "Бесконечного тупика" и всем прочим эпистолярным наследием Галковского, которое в целом можно охарактеризовать как третьесортный бред. Конечно, история знает немало примеров людей одной книги, выложившихся в своем единственном тексте по полной, а затем замолчавших. Но это не наш случай. Галковский, который якобы написал двадцать один год назад свою книгу, продолжал впоследствии активно выступать на публике, где непременно демонстрировал лишь неприятно пахнущую смесь глупости и цинизма. Как такое могло произойти? Как прекрасный автор 1988 года мог столь стремительно деградировать?

Простой ответ состоит в том, что Галковский, вероятно, не писал "Бесконечного тупика". Появление этого текста под его именем стало результатом фарсового стечения обстоятельств, столь характерного для отечественной реальности 80-ых годов прошлого века. Прежде чем изложить часть известной мне информации, отмечу, что на сегодняшний день все это имеет статус гипотезы, и будет ли делу дан настоящий ход - зависит не от меня.

Итак, в 1982 году на вечернем отделении философского факультета МГУ учился второкурсник Дмитрий Галковский, не работающий субъект, занимающийся спекуляцией книгами. В том же году на то же отделение поступает - вот где проявляется хитрость мирового разума - Дмитрий Гулковский. Год или два года спустя Гулковский знакомится с Галковским в одном из неформальных студенческих философских кружков. Галковский сбывает Гулковскому книги - единственное занятие, которым он занимался в своей жизни более или менее успешно и профессионально. Гулковский в свою очередь начинает работу над рукописью, которая впоследствии станет известна как "Бесконечный тупик". Текст не был завершен, отчего Галковскому, который, по всей видимости, был не в состоянии отредактировать его, пришлось издавать книгу по частям - в виде "примечаний".

Ключевой вопрос состоит в том, как авторство текста перешло к Галковскому. Дело, если опускать подробности, вероятно, было так. Гулковский, закончивший основную часть рукописи к концу 1986 года, к тому времени был отчислен за МГУ за антисоветские высказывания, и - что еще важнее - откровенно разочаровался в философии как науке и как практике. Очень скоро он эмигрировал в Германию, где его следы теряются - последние данные, полученные мной, указывают, что он занимался в Берлине изобразительным искусством, в чем, как человек талантливый, тоже имел определенный успех.

Рукописи "Бесконечного тупика" при этом были оставлены в России, причем фактическим душеприказчиком оказался Галковский. Он начал распространять их в копиях, сделав первоначально несколько десятков экземпляров. Качество печати было низким, и потому Галковского, благодаря случайному совпадению фамилий, все принимали за автора, причем сам Дмитрий Евгеньевич не спешил опровергать это мнение.

Так был рожден один из великих отечественных мифов конца 80-ого века: о существовании где-то в Москве некоего выдающегося философа и литератора Галковского, схватившего дух эпохи за гриву. Странно в этой истории не столько то, как случайное совпадение имен, легло в основу подобной мистификации, сколько возможность двадцать лет почивать на лаврах "философа", имеющего "свою книгу".

слушай
inchief
kmartynov
Слушай, Отто! Если я не вернусь домой, к жене, и если ты ее увидишь, ты скажешь ей тогда - слушай внимательно! Первое: мы каждый день о ней говорили, помнишь? Второе: я никого не любил больше, чем ее. Третье: то недолгое время, что мы были с ней вместе, осталось для меня таким счастьем, которое перевешивает все плохое, даже то, что предстоит сейчас пережить.
Виктор Франкл написал книгу о своем пребывании в Освенциме в 1942-45 годах. Странная книга: в ней действует - главным образом, ментально - человек, который называет себя психотерапевтом, и действительно профессионально дает выговориться капо, но который отчего-то цитирует чаще других Канта, Спинозу и Хайдеггера.

(без темы)
inchief
kmartynov
Комната перегорожена надвое книжными шкафами: этой тактике организации быта научил меня философ Дмитриев. В той части, которая спальня, вставлен телевизор, на котором - проигрыватель дисков, на котором ресивер Stream-TV, а рядом - wifi-роутер ZTE. Этот роутер мигает зелеными огоньками. Когда мы переехали в Москву, Тоня попросила меня отвернуть его в сторону: Алиса, засыпая, боится мелькающих в темноте огоньков. Это было почти три года назад. Сейчас мне есть куда пристроить этот роутер, который смотрел в сторону все это время, и который я не отключал.
Метки:

(без темы)
inchief
kmartynov
Издательская программа книг по аналитической философии, которая раньше была у Праксиса, похоже, свернута. За последний год вышли, кажется только "введение в американскую философию", перевод блэквелловского компаниона, и "философия логики" Куайна. Современные первоисточники не переводятся в принципе.

Зато цветут и опыляются товарищи Шмитт и Юнгер, самые актуальные для современной России авторы, настольные книги дэпэнеишников. Понятно, собственно, что это происходит потому, что есть люди, которые готовы этот товар продвигать, а у той же аналитической философии после смерти Грязнова таких локомотивов в России не осталось.

На днях я участвовал в тестировании остаточных знаний для аккредитации вуза. Вопросы в тестировании все те же, что и пять лет назад. Вроде того, что "кто из указанных мыслителей точнее всех раскрыл суть человеческой природы?". И варианты ответа: "Ницше, Кьеркегор, Шелер, Вернадский".

Правильный ответ, надеюсь, понятно какой. Ну и зачем тут нужна какая-то там аналитическая философия?